Проблески заката

Это одна из множества частей их привычного каждодневного ритуала, которые по началу нервировали ее до дрожи, а сейчас вызывали лишь улыбку на губах и легкость трепет в груди.

- Мам, я дома! – крикнула Истер, поспешив на небольшую кухню, где налила себе стакан воды. – Мам?

Истер очень часто возвращалась домой позже матери, но не настолько, чтобы та уже вовсю дремала. Редкость, когда Агнесс не дожидалась прихода дочери и ложилась спать, только когда была слишком уставшей.

Девушка зашла в небольшую комнату, ныне именуемой спальней мамы, и прошла, не включая свет.

- Мам, у тебя все в порядке? – она аккуратно положила руку на одеяло и погладила, стараясь не напугать ее, когда та проснется.

Ответа не последовало, Истер подошла к включателю и вся комната озарилась ярким светом. На несвойственный Агнесс бардак, девушка даже не обратила внимания. Быстро подскочив к кровати, она медленно приподняла край одеяла, чувствуя нарастающий в груди страх, который так стремительно собой снес всю радость и легкость, ложась камнем.

Холодные капли пота стекали по лицу Агнес. Девушка поправила одеяло, немного освобождая маму из жаркого плена. Намочив на кухне полотенце холодной водой, положила его на лоб матери и поспешила к соседке, с которой они познакомились в первый же день, как только заехали в этот дом, и вполне неплохо поладили. По крайне мере мама девушки отзывалась о той крайне положительно.

Мисс Джордиз в прошлом работала врачом в полевых условиях, когда шли сражения с близрасположенными государствами северных границ. Будучи военным врачом, та повидала не мало отвратительных вещей, начиная от вспоротого живота, до оторванных конечностей. Самым важным, чем она научилась – разбираться в болезнях по первым симптомам, статистика в целом была утешительной и процентов семьдесят болезней был определены верно.

Выслушав девушку, женщина взяла с собой небольшой чемоданчик и, насколько позволял ей возраст, поспешила к Агнесс. Так как Истер возвращалась обычно домой довольно поздно, Мисс Джордиз в основном плотно общалась только с ее матерью.

«Странно как, еще утром она была как огурчик, в самый удачный для фермеров сезон и тут вдруг слегла.» - подумала про себя, заходя в крохотную квартирку.