Кровь Творца. Эскулат.

Смысла спорить с ним она не видела и Риана просила помалкивать. И хоть хозяев «Рябчика» дядя Балер недолюбливал и ругал, но сам с дружками иногда наведывался к ним и там допоздна выпивал.

— И зачем только она спасла тебя? — как-то подслушал Риан. Тетя тащила в кровать напившегося до беспамятства дядю Балера и приговаривала, вспоминая прошлое: — Хотя сама и виновата. Ведь попросила за тебя.

Кто спас дядю и когда это случилось, тетя Леля не рассказывала. Но Риан слышал, как старостина жена Бренна злословила и не без ехидства рассказывала приехавшей родственнице историю его тети и дяди.

— Ведь сама Лелька и виновата! Глупая баба! Связалась по молодости с этим Балером, а когда тот угодил в беду и чуть головы не лишился, пошла просить за него у той госпожи из новой столицы.

И столько яда было в словах этой выдры, Бренны, что Риан после того случая стал глядеть на нее без уважения и с неприязнью. За что нередко получал тумаков от старосты Лювира, который требовал к своей жене особого отношения и почтения.

— И за что ее почитать? — сердился мальчишка, когда рассказывал тете Леле, как в очередной раз схлопотал от старого Лювира.

— А ты не возмущайся, — попадало ему и от тети, — и не забывай, что к старшим нужно относиться с уважением.

Но Риан, как на зло, и не вспомнил про тот наказ от тети. Ее просьбу не мешаться под ногами и пойти поиграть, он покорно исполнил. А вот не искать встреч с Бренной и вести себя со старшими уважительно — позабыл. Натолкнулся на старостину жену, когда та проходила мимо с соседками и в очередной раз наговаривала на его добрую тетю, не выдержал и нагрубил ей.

— Ах ты, негодник! — побагровела разгневанная Бренна. — А ну, иди сюда! Я тебе так всыплю, что сидеть не сможешь! А потом еще всыплю и твоей дражайшей тетке за то, что не воспитывала тебя!

Ее соседки-сплетницы заахали-заохали, и в тот миг с Рианом произошло что-то странное. Он и сам не понял.

— Вот же безмозглые курицы! — зло выкрикнул он и уставился на них не мигающим взглядом.

Старые женщины в тот же миг закудахтали точно куры, сложили руки, будто это были крылья, и неловко забегали по пыльной дороге, отчего привели Риана в недоумение. Его злость отступила. Он зыбал про обиду. Но когда на него в ужасе посмотрела Бренна, то едва не лишилась чувств, а потом завопила, указывая дрожащей рукой на мальчишку.

— Он… он! Он!!!

Глава III (Лия).