Хозяйка магической фабрики, будь моей женой!

Это как на телегу прикрепить мотор.

— Я не знаю, что такое «видео», — разбила мои фантазии бабуля Ви. — Правнучка сделала магическое послание.

Вот все и объяснилось. Магия здесь заменяет современные технологии. Тоже неплохо.

— На чем будем смотреть? — я оглянулась в поисках экрана. С каждой минутой управление телом давалось все легче.

Вместо ответа бабуля Ви потянулась к зеркалу и прижала к нему ладонь. Отражение тут же пошло рябью.

Ого, похоже, это и есть экран. Я подалась вперед и впилась жадным взглядом в зеркало.

Там отражалась та же спальня, в которой мы находились, в том же ракурсе. Только без нас. Видимо, зеркало записывает исключительно то, что находится перед ним. Это как камера. Куда направлена, то и снимает.

С минуту ничего не происходило, комната оставалась пустой. Я зевнула, заскучав, а в следующий миг чуть не свалилась с пуфика – в запись резко ворвалась «Мальвина».

Она как будто вернулась с пробежки: волосы растрепаны, грудь часто вздымается и опадает от глубоких вдохов. Девушка что-то искала на трюмо.

Я повернула голову туда же, чтобы понять – куда она смотрит? – и увидела дверь в коридор. Похоже, за «Мальвиной» кто-то гнался. Она ожидала, что он вот-вот ворвется в спальню, и торопилась что-то сделать до этого.

Наконец, она нашла то, что искала – флакон из темно-синего стекла. Не медля ни секунды, она отвинтила крышку и залпом выпила содержимое.

— Что это? — спросила я у бабули.

— Извлекатель магии, — пояснила она.

После выпитого «Мальвине» поплохело. Она пошатнулась и устояла на ногах только благодаря трюмо, за край которого ухватилась рукой.

По ее телу прокатились разноцветные всполохи, а потом от него отделилась некая субстанция, напоминающая небольшое пестрое облако. Оно поднялось вверх, прошло сквозь потолок и скрылось из виду.

Я догадалась, что это была магия. Полетела искать себе новое тело и почему-то из всех претендентов во множестве измерений выбрала именно меня.

«Мальвина» бросила очередной беглый взгляд на дверь, а затем склонилась над трюмо. Что она там делала, зеркало не отразило. Но вот девушка выпрямилась и прижала к стеклу записку, надписью в нашу сторону.

— Темпус, мужчина, — вслух прочла я. — Это имя?

— Нет, название фабрики, — пропищал филин. — А мужчина – пол вора.

Я ничего не поняла, но уточнять не стала. Не до того было.