Суккуб для наследника

– А почему я должна позволить тебе пачкать мой салон?

– Я тебя умоляю! Будто твою рухлядь можно испачкать. Да я тебе такого старья куплю столько же штук, сколько книжек. Хватит уже!

– Нет. Это тебе– хватит. Думаешь, таким, как ты – всё можно? Унижать? Оскорблять? Творить, что хочешь и ни за что не отвечать? Или, ты думаешь, что пожалуешься маменьки и она меня выгонит? А хоть бы и так, думаешь, меня это пугает? Сделай одолжения. Скажи, что я бросила тебя на полдороге обдолбанным – пусть увольняет. Я только «за»!

Раздавшийся сигнал прервал Николь на полуслове.

– Эй, у вас всё в порядке? – подозрительно проговорил он.

И Николь поняла, что они в одном шаге от неприятностей. Идея устраивать разборки прямиком на дороге была не из удачных.

Выкрутив гламор на всю яркость, что позволяли амулеты на пальцах, так, что последние начала раскаляться, она улыбнулась:

– Да, офицер.

Полицейский, успевший выбраться из машины и с грозным видом направиться к ним, замер на полдороги с глуповатым видом.

– Здесь нельзя останавливаться, – промямлил он, кивком указывая за запрещающий знак и правда указывающий на то, что парковаться нельзя

– Простите! Я не заметила. Мы уже уезжаем.

Она улыбалась так широко, что казалось, губы треснут.

– Садись, – прошипела она Дианджело.

Улыбаться она перестала только тогда, когда они тронулись с места.

– Как ты это сделала? – присвистнул Дианджело, оборачиваясь на полицейского, который продолжал стоять на месте, глядя им вслед.

– Что именно?

– Он же явно собирался нас штрафануть. Я уж подумал, что у нас неприятности.

– У тебя, ты хочешь сказать. Я-то, в отличии от тебя, жалкого торчка, трезва, как стёклышко. И что?.. Да какого?.. – выругалась Николь снова, когда Дианджело перелез с заднего на переднее сидение и врубил музыку на всю катушку.

– Выключи.

– Скука. И музыка у тебя дурацкая.

– Это не моя музыка – это радио. Оно крутит рандомно. И я сказала «выключи».

– Почему ты так не любишь веселиться.

– Потому что, когда музыка орёт всякую фигню в уши, мне не весело. Моё веселье – это тишина.

– Зануда, – безмятежно пожал плечами он.

– Выключи, или пойдёшь пешком.

– Ага. Тот полицейский едет как раз за нами. Хочешь ещё раз с ним побеседовать?

– Что ты за наказание? И откуда свалился на мою голову?

– С одной пати-вечернинки. Было так весело, что я не помню, как оказался на той паршивой заправке, где ты меня нашла.