Сны из Ада

Однако взгляд его был не такой, как у остальных.

Марика сама не понимала, что в нём такого особенного. Но отвести от него глаза было очень трудно. Он будто завораживал её.

Встретив её взгляд, этот человек ничуть не смутился. Вместо того, чтобы отвести глаза, как сделал бы любой другой дворянин, он ухмыльнулся и, тронув кончик своей шляпы, коротко ей кивнул.

Такое непочтительное поведение почти никак не обидело Марику. На удивление. Она наоборот заинтересовалась этим гостем.

Причём, настолько, что захотела с ним пообщаться.

Интуиция подсказывала: это будет в высшей степени любопытно.

Закончив очередной танец, принцесса подошла к столику с пирожными, где этих самых пирожных осталось не так уж и много. А затем нырнула в толпу, желая в ней потеряться.

Некоторое время она бродила по залу, до тех пор, пока не решила, что задуманное ей удалось. И только после этого Марика целенаправленно зашагала к тому, кто сумел столь сильно её заинтересовать.

Дойдя до колоннады, за которой «прятался» необычный дворянин, она замедлилась.

Принцесса хотела застать его врасплох, а потому стала идти неслышным шагом. Словно дикая кошка, что на мягких лапах крадётся за добычей.

- Ваше высочество, - поприветствовал её этот необычный дворянин, обернувшись столь резко, что сердце Марики на мгновение ушло в пятки, - какой чудесный день, неправда ли?

Теперь, когда их разделяла лишь пара шагов, она смогла рассмотреть его куда подробнее.

Одет он был довольно необычно. Его наряд больше бы подошёл для траура, нежели для веселья.

Чёрная шляпа с широкими полями без каких-либо украшений, такого же цвета пальто с серебряным шитьём, которое образовывала узор, похожий на бушующее пламя. И это было единственное видимое украшение, которое заметила принцесса.

Под пальто у него был одет самый обычный тёмно-серый дублет и облегающие суконные штаны.

Лицо его было под стать наряду. Красивое, но обычное. Кажется, он никогда не пользовался услугами чародеев. По какой-то причине.

От правого крыла носа и до левой брови лицо странного гостя пересекал свежий шрам, который не уродовал его, а, наоборот, придавал ему некоего агрессивного шарма.

- Вы правы, мессир, рада, что вы так же, как и я, радуетесь сегодня, - вежливо ответила принцесса странному дворянину, внутренне проклиная свою горячность.

Чего она, в сущности, ожидала? Глупо было надеяться на что-то иное, кроме бессмысленного светского трёпа. Кем бы ни был этот господин, вряд ли он будет с ней откровенничать.