Превратности судьбы

К тому же прошло больше месяца, в любом случае, сестра давно в Шебее и не наделает глупостей, не вернется его спасать. Эвиан, верно, уже свободен и ничего ему не должен. Жаль, только герцог останется жить и здравствовать, а он сам так и не отомстит за родителей...

К утру он забылся тяжелым сном, в котором Улран молча смотрел на него и тяжело вздыхал, будто не решаясь сказать о чем-то. Тяжелые шаги и скип двери разогнали дремоту. Охранники, не церемонясь, подняли Ивона на ноги.

- Ничего не хочешь сказать? - поинтересовался один из них.

Ивон отрицательно покачал головой.

Ему туго связали руки и повели прочь из камеры.

Глава 7

Низкорослая пегая лошадка резво тянула за собой легкую повозку.

Эвиан, с вожжами в руке, сидел впереди и размышлял о том, что он будет делать, как только рабская печать исчезнет с его руки. Первым делом он планировал побывать в своем замке. Не сомневаясь, что его разграбили до самого основания, он все-таки надеялся найти хоть что-то полезное для себя. Тем более, что там были тайники, о которых мало кто знал или мог догадаться.

Потом предстоял путь в столицу, попытка попасть на прием к королю, в надежде добиться помощи. В отдаленной своей провинции Остергам творил, что хотел, но Эвиан верил: найдется и на него управа.

- На, поешь, - Горлина нарушила ход его мыслей, и он оглянулся.

Девушка протягивала ему кусок хлеба с козьим сыром. Эвиан охотно взял предложенное.

- Как твои руки? Покажи... - потребовала девушка после того, как Эвиан расправился с едой.

Она села рядом с ним, взяла свободную руку и подняла рукав, открыв широкую ссадину на запястье.

- Сейчас... - она закрыла глаза, сосредотачиваясь.

- Не надо, - он выдернул руку и поправил рукав.

- Как хочешь, я просто думала помочь… - обиженно произнесла Горлина и снова перебралась за его спину.

Они покинули замок еще утром. Для всех его обитателей Горлина поехала навестить подругу, а Ивон повёл раба к новому хозяину. Брат с сестрой ехали на лошадях, он же шел привязанным к седлу барона.

Идти пришлось довольно далеко, поэтому жесткая веревка растерла запястья и сейчас Эвиан непонятно почему злился, ведь он сам и предложил именно так выйти из замка.

- Извините меня, - нехотя буркнул он.

- Уже простила, - ответила девушка. – Знаешь, как твое поведение называется? На зло всем отморожу себе уши. Только всем, по большому счету, все равно, а уши – твои, и болеть они будут у тебя.

Эвиан промолчал, не желая признавать правоту.