Камелия. Похищенная ученица

Но остальные случаи неповиновения или простой неуклюжести стоит карать другими средствами.

– Какими же? – Директриса смотрела на него широко распахнутыми блеклыми глазами и готова была поверить всему, что он скажет.

И он не стал ее разочаровывать:

– Да любой неприятной работой на кухне или в прачечной. Уверен, что мало кто захочет нарушать местные правила, если ему будет грозить день не за партой, а в душной котельной с мокрым бельем в руках. Заодно чему-нибудь путному научатся, если к учебе способностей нет. Но это не главное! Самое важное – привить адепткам тягу к знаниям! Вот у вас принято награждать лучшую ученицу пирожным.

Директриса кивнула и взяла писчие принадлежности, чтобы записать его идеи.

– А почему бы не ввести награду и для тех, кто учится не отлично, а хорошо? – предложил Эдман. – Может быть, кекс выдавать за ужином. Это не столь накладно, зато какой-никакой стимул. И я бы выпускниц полностью избавил от розог. Не к лицу пороть уже взрослых девиц. Им нужно сосредоточиться на учебе, а не трястись от страха.

Я сегодня проводил опрос на их курсе, так, кроме пары адепток, никто и рта раскрыть не смог. Как вы при такой успеваемости собираетесь пройти осеннюю проверочную комиссию?

Директриса заволновалась, залезла в ящик стола и достала список с фамилиями.

– Уточните, кто именно на манологии проявил себя плохо.

– Да какая разницы!– отмахнулся Эдман. – Я обещал вам повысить успеваемость адепток, и я это сделаю, демон меня задери! Только пусть мне не мешают ни бонны, ни патронесса.

Иначе я не берусь гарантировать вам благополучный исход грядущей проверки.

– Да, да, конечно, – заверила его директриса и дернула за шнурок, вызывая помощницу. – Делайте, как считаете нужным. Главное, чтобы выпускницы осенью показали себя лучше адепток других школ.

– Вы не пожалеете, что доверились мне. – Эдман понизил голос и проникновенно посмотрел в глаза директрисе. Та залилась румянцем, как дебютантка на балу, и протянула ему руку для рукопожатия, скрепляющего их уговор. Однако он немного развернул ее ладонь и еле коснулся губами кончиков ледяных пальцев.

Это произвело на директрису неизгладимое впечатление, она охнула и прижала вторую ладошку к пылающим щекам.

В этот момент в кабинет постучалась и вошла патронесса.

– Чем могу помочь, госпо…жа? – Она стала свидетельницей поразительно сцены и с трудом закончила начатую фразу. Еще никто из преподавателей или служащих на ее веку не осмеливался целовать ладонь директрисы Гертруды Гризар.