Камелия. Похищенная ученица

Эдман не находил себе места от тревоги и навязчивого ощущения, что происходят события, тесно связанные с исчезновением Виктории Творф. Он бродил по Камелии в поисках чего-нибудь подозрительного или хотя бы необычного. Но все его старания оказались тщетными. Ни запрещенных артефактов, ни особых зелий, ни просто посторонних предметов он так и не обнаружил.

Адептки всех курсов вели себя как обычно, только выпускницы стали более рассеянными на уроках, но тем не менее из школы никто не пропадал и даже не отлучался. Новых людей тоже не прибавилось.

Эдман переговорил с боннами и преподавателями, но и они ничего особенного не заметили во время праздника. Создавалось впечатление, что Атли Даренс приехал на смотрины, надежно спрятался в укромном месте, провел там несколько часов, а потом уехал.

Скрепя сердце Эдман написал Вилмору и о визите Микаэлы, и о неучтенных приглашениях, и о своем провале. Он попросил старого друга найти все, что только возможно, об Атли Даренсе и стал ждать ответа.

После праздника жизнь обитателей Камелии постепенно вошла в привычную колею, и теперь выпускницам предстояло как следует подготовиться к финальному испытанию на звание дайны.

Основную часть программы они успели освоить за предыдущие годы обучения, и в оставшиеся два месяца до экзамена преподаватели собирались повторить с адептками весь пройденный материал.

Эдман составил план занятий, выявил пробелы в знаниях адепток и каждой отдельно указал, над чем нужно трудиться. Работа с маной давалась девушкам с каждым днем все легче, и он надеялся, что с практической частью испытания проблем у них не возникнет.

И все же Эдмана сильно беспокоила Элиза Хаксли. После ее признания он старался не оставаться с адепткой наедине. Через пару дней после смотрин она хотела с ним поговорить после урока манологии, но Эдман специально задержал еще нескольких выпускниц, и Хаксли пришлось уйти ни с чем.

«Если я буду до самого отъезда ее избегать, – решил он, – то смогу спокойно покинуть Камелию. А она со временем обо всем забудет».

Кроме Хаксли, еще одна адептка не давала покоя Эдману, но уже совсем по другой причине. Ему все труднее удавалось контролировать себя на практических занятиях, стоя поодаль от Беатрис Сонар и чувствуя невыносимое притяжение ее маны. Он понимал, что долго сопротивляться энергетической жажде не сможет, и мечтал поскорее убраться из закрытой школы. Но Вилмор попросил его еще немного задержаться, пока сыщики не выяснят все об Атли Даренсе, и Эдман согласился.