Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

Девушка угрожающе выпрямилась, гордо вздёрнула голову и проговорила неожиданно низким и надменным голосом:

– Это всё, что вы желали мне сообщить, Ваша Светлость?

Гаральд Алистер горестно взглянул на неё, но холод и спесь дочери разозлили его еще сильнее, и он рыкнул:

– Уйди с глаз долой.

Тогда Ишмерай, не проронив ни слезы, все еще находясь в каком-то тумане своей ярости и обиды, изобразила глубокий реверанс, сделала несколько шагов назад, не поворачиваясь к отцу спиной, вышла из кабинета и с нарочитой осторожностью закрыла за собой дверь.

Акил Рин

– Барышня… – растерянно прошептал Марцелл.

– Я тебе больше не барышня… – рыкнула девушка. – Герцогу было угодно отречься от меня.

Сестре своей она не сказала ни слова и лишь прошествовала мимо неё.

У лестницы её догнал Гаспар и жалобно затараторил:

– Ишмерай, я не думал, что это так разозлит отца!

Ишмерай поглядела мальчику прямо в глаза и ядовито прошептала:

– Как хитро и легко ты предал меня!

– Сестрица, прости меня! – простонал Гаспар, и в глазах его сверкнули слёзы.

– Ты никогда не считал меня своей сестрой, – процедила она и выдохнула: – Зачем теперь называешь меня так?

Мальчик потрясенно всхлипнул, а Ишмерай уже приняла решение.

– Это слишком, Гаральд, – резко проговорила Акме, оставшись с мужем наедине.

– Иди и позволь девчонке делать всё, что её душе будет угодно, – вздохнул Гаральд, в изнеможении откинувшись в кресле.

– Позволь напомнить тебе, что ты подарил мне множество поцелуев еще тогда, когда о свадьбе не было и речи.

– Вспомни, в какое время мы жили! – воскликнул Гаральд. – Смерть шла за нами по пятам!

– Ишмерай, к сожалению, тоже не бессмертна. Вчера на охоте она едва не погибла. Теперь мы знаем, что этот зверь действительно вышел из Кунабулы.

– Ты и Лорен подарили им мир без войны, – гнул своё взбешенный герцог. – Они родились в покое и живут в покое. Мы не могли быть уверены, что доживем до свадьбы! К тому же, я любил тебя и мог перед Богом поклясться в искренности своих чувств!

– А тогда, когда ты в образе Анара позволил себе дерзость поцеловать меня в Кибельмиде, ты тоже любил меня? – усмехнулась Акме.