Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

Ишмерай слышала лишь отдельные голоса и топот торопливых ног.

Как только она захотела подобраться ближе к двери, чтобы незаметно проскользнуть обратно в дом, оттуда вылетели трое агентов и тотчас скрылись во тьме. Едва опасность миновала, девушка вышла из своего укрытия, на цыпочках направилась к двери и уже сделала несколько шагов, как у выхода забарабанили шаги. Дверь открылась, когда Ишмерай успела спрятаться снова.

— Торопитесь, — услышала она твёрдый голос Сагдиарда и с облегчением вздохнула.

Сагдиард постоял немного на террасе, затем устало вздохнул и развернулся, чтобы войти в дом, Ишмерай резко подалась назад, и доска под ней предательски взвизгнула. Закрыв в ужасе распахнувшийся рот руками, девушка с замиранием сердца услышала, как мужчина обнажает свой резвый узкий меч и подкрадывается к тому месту, где прячется она.

Ишмерай огляделась и, тщась сохранить тишину, громко оскальзываясь на вёдрах и каких-то ящиках, кинулась вдоль стены дома во тьму.

— Стой! – крикнул Сагдиард, заметив убегавшую тень.

Девушка с нахлобученным на голову капюшоном выскочила на тусклый свет, лившийся из окна, и снова потерялась во тьме, но Александр знал эту местность слишком хорошо. Тьма не была ему помехой. Кинувшись за ней, он сразу же её догнал, схватил за тонкую руку и пребольно рванул назад. Сагдиард выволок беглянку на свет, сорвал капюшон с её головы, грубо схватил за подбородок и обратил её лицо к свету.

— Как я не догадался, что только эта ведьма может шляться по ночам и пить нашу кровь? – прорычал тот, смертельно пугая её своей яростью. – Ты болезнь! Ты болотная гниль, Ишмерай! И ничем не вывести твою грязь! Какого дьявола ты тут вынюхиваешь?

— Выясняю, что вы пытаетесь скрыть от меня и Атанаис! – выдавила она, дрожа от холода и ужаса, скривившись от боли – так сильно он сжал её.

— Не вашего ума дело!

— Я всё равно все узнаю!

Сагдиард, прекрасно осознавая, что ничего сделать с ней не может, отпихнул её, рванул в сторону и в страшном раздражении ударил по стене дома – да с такой злостью, что Ишмерай вздрогнула. Завязки её плаща лопнули, и она осталась стоять на ледяном горном ветру февраля в одной белоснежной сорочке, обнажающей руки. Страх, который гордая девушка тщетно пыталась подавить, и холод трясли её.