Эхо Антеора

В короткий миг полета, хлестаемая со всех сторон переплетением проносившихся мимо веток, она попыталась распахнуть крылья, но те не послушались, а уже в следующую секунду она камнем обрушилась на землю лицом вниз.

Приземление на поверхность, усеянную корнями и камнями, оказалось совсем не мягким. Хрустнуло сразу в трех местах – в груди, в одной из рук и в ноге в районе щиколотки. Изувеченная девчонка огласила окружающие дебри пронзительным стоном. Неподалеку в кустах вспорхнула пара испуганных птиц.

Продолжая выть, Лу попыталась повернуться, чтобы осмотреть полученные повреждения, и обнаружила, что те выглядят прескверно.

Больше всего досталось средней правой руке – она пульсировала от разрывающей боли, изогнутая под неестественным углом, и из рваной раны, помимо плоти, проглядывали острые прозрачные края.

Это была кость.

Лу зажмурилась, отчаянно стараясь не потерять сознание, лихорадочно твердя в мыслях лишь одно слово: песок, песок, песок. Если у нее и правда был дар... если ее сила и правда существовала.

.. то теперь ей самое время было показать себя в деле.

Секунды ожидания растянулись, превращаясь в мучительную пытку. Но затем, к величайшей радости Лу, потоки песка и правда пришли в движение. Боль немного стихла, став более зыбкой и однородной. Последовало шевеление в теле, сопровождавшееся хрустом, хлюпаньем и другими тихими звуками, которые было трудно описать словами. Девчонка продолжала лежать без движения, не желая наблюдать за тем, что с ней происходит, и лишь краем глаза замечала исходившее от места травмы холодное фиолетовое свечение.

Когда через несколько минут все стихло, а боль окончательно ушла, Лу несмело пошевелилась, проверяя, действительно ли все закончилось. И… облегченно выдохнула. Щиколотка не болела и вернула подвижность, ребра восстановились, на месте разорванной плоти на руке остались лишь смутные кровавые разводы.

Повторять свой дурацкий трюк Лу бы не стала ни за какие деньги, и потому, передохнув и забрав палку, продолжила брести наобум через лес.

Раньше ей казалось, что она движется в том направлении, куда указал демон, говоря об Игле, но теперь уже не могла поручиться в этом. Впрочем, старик сказал, что этот мир зациклен. Что вообще это значило?

В ветке, на которую Лу опиралась, уже не было особой нужды – девчонка могла ступать прямо и твердо и без нее; удивительно, но хитроумная композиция из рук и крыльев, которую она вынужденно таскала на своем торсе, не усложняла передвижение.