Эхо Антеора

Она думала, что сможет уговорить господина избавить ее от визитов знахарки, но эти надежды потерпели крах, когда один из приступов начался прямо во время астрального сеанса. Разговор, который должен был стать радостным и вселить в Хартиса уверенность в благополучии его возлюбленной, сработал с точностью до наоборот. После того, как на его глазах девчонка корчилась на полу в мучительных спазмах, Вивис не составило труда переманить сына на свою сторону, убедив его в том, что Лу очнулась только благодаря Аннелизе, и лишь та способна ей помочь.

– Мы будем работать с твоим подсознанием, – бескомпромиссно заявляла знахарка, умело тасуя засаленную колоду карт, и металлические браслеты на ее руках меланхолично брякали: бряк-бряк, бряк-бряк. – Я вижу тени прошлого, что над тобою нависли. Придется хорошенько постараться, чтобы развеять их...

Она часто твердила что-то о прошлом. Лу молча скрипела зубами. Она бы ни за что не стала откровенничать о матери с этой проклятой мошенницей.

Больше всего на свете она мечтала выкрикнуть парочку проклятий в бледное лицо с броским макияжем, вытащить из себя иглы, разорвать дурацкие карточки с непонятными узорами, запустить унылым барабаном в стену и убежать.

Она продолжала терпеть только потому, что чувствовала себя в долгу перед Хартисом и опекунами, и безропотно исполняла все их требования.

К тому же, убежать далеко все равно бы не удалось. Ей запретили покидать участок, и даже выйти из особняка в прилегающий двор разрешалось только под чьим-нибудь надзором.

Таков был категоричный наказ самого Хартиса. После случившегося он начисто позабыл о своих разглагольствованиях насчет птицы в клетке. Лу едва ли его в этом винила.

Во всем, абсолютно во всем девчонка винила себя. Хотя... разве могла она знать, что, отлучившись всего на пару минут в знакомых стенах ордена, нарвется на сумасшедшего шакала и проведет последующие три месяца в отключке?

Лу скрежетала зубами. Нет, могла. Она могла. Предчувствие.

.. Она должна была предчувствовать это, как предчувствовала смертоносное столкновение с электом-ундином. Почему на этот раз проклятая тревога не дала о себе знать? Кольни она внутри хоть немного, Лу точно не пошла бы в кабинет зампредседателя в одиночку.

Или... пошла?

Лу металась из угла в угол, ежилась, охваченная промозглым, словно ледяная морось, неприязненным чувством. В первые дни в этом мире она испытывала нечто схожее по отношению к Хартису.