Энигма для ведьмы

Она проводила линии между созвездиями, пальцами измеряла расстояние от одной линии до другой, а потом показывала на самую яркую звезду и говорила: “Вот сейчас, начинаем”.

Мы сравнивали по часам — сходилось вплоть до минуты. Но на обрядах часами пользоваться было нежелательно, поэтому сегодня мы не проверяли — сразу начали после отмашки Мары. Я по очереди забрасывала травы в костёр, читая заклинание для призыва к Лилит. Простую форму, не ту, что обычно произносят перед получением знака Энигмы. Нет, всего лишь молитву со структурой заклинания.

— Теперь ждём, — я взяла сестёр за руки, забросив в костёр корень линь-ёс.

Мы встали кругом так, чтобы огонь оказался в центре. Слишком сильно раскормили пламя — стоять так близко было невыносимо. Я сцепила зубы и притянула на себя руны, высвобождая их магию.

Руки обожгло неожиданной болью, однако я лишь сильнее вцепилась в ладони сестёр и продолжила читать заклинание. Произносила слова на выдохе, вкладывая все, что у меня было — магию, эмоции, всю себя. И едва не обмякла, когда вся магия, вся энергия покинула мое тело, оставляя только чувство пустоты.

Раздался вскрик со стороны Веды. Спустя пять ударов сердца. Еще через семь — застонала сквозь зубы Мара. И сразу после этого вся магия хлынула в меня. Все силы Веды, Мары и мои. Все, что мы отдали кругу, вернулось, проверяя каждого на прочность.

Три коротких вдоха, один длинный выдох — взметнувшаяся внутри меня магия осела под натиском моего напора. Еще несколько секунд — и я поделила всю магию на три равные части и велела ей разойтись по сестрам.

Проверка на сильнейшую закончилась успешно для меня… Но впереди ещё была процедура полного слияния, когда три разума становятся единым.

Воспоминания и мысли нахлынули сплошным потоком, погребая под собой меня с головой. Мир запутался в паутине чужих воспоминаний. Чтобы разделить бесконечную череду мыслеобразов, пришлось приложить массу усилий. Первый опыт Веданы с мужчиной — её боль, стыд, несколько часов в ванной, когда она сдирала кожу жёсткой мочалкой.

Мерзкие и жестокие шутки её сестёр, постоянное давление матери. И день за днём звучащие дома оскорбления в адрес всех мужиков. Её мать любила повторять: “Мужчины — лишь вещи, иногда полезные, но чаще всего — абсолютно ненужные”.

У Мары сильнейшим воспоминанием были роды матери. Кровь, кровь, повсюду кровь. Ощущение приближающейся смерти. Может, ведьмы и не некроманты, но мы тоже способны почувствовать, когда костлявая ходит поблизости в ожидании жатвы.