Энигма для ведьмы

Вскрытие подтвердило мою версию. Никаких сомнений быть не может.

– Позвольте, лины инквизиторы, – поднялась из своего кресла Верховная. – Здесь моё заключение со всеми статистическими данными, подтверждающими, что ведьма возраста Станы физически не могла произнести проклятие шестого уровня. Ей не хватило бы ни сил, ни знаний. Девочка даже инициацию не прошла.

– Она прилетела в ваш дом на метле, — возразил лин Мартиус. – Разве это не признак пройденной инициации?

— Не в нашем случае, — недовольно поджала губы Ядвига.

— Она может использовать метлу, пусть и чужую, — оборвал её Великий инквизитор. Его голос звучал мягко, но Верховная моментально замолчала, такой силой он был пропитан. — Сам факт возможности летать на метле подтверждает, что инициация произошла. Возможно, смерть лина Аркольда как раз стала следствием стихийной инициации.

— Если бы это была стихийная инициации, мы говорили бы о воздействии не выше четвёртого уровня, — возразила Ядвига. — Смертельное проклятие — магия высшего порядка. Даже если допустить, что Стана каким-то образом узнала о существовании подобных проклятий и поняла механизм их работы, она просто не смогла бы применить свои знания на практике.

— Лина Аркольда нашли в комнате ведьмы, — напомнил очевидное злобный инквизитор. — На теле остались следы применения магии.

— Мы имеем дело с испуганной девочкой, потерявшей всех близких, — вспыхнул негодованием мой охранник. — Мать, тётку, опекуна… А мы заперли её в четырёх стенах и заставили ждать приговора!

— Лин Крейстен, сбавьте обороты, — приказал прохладным тоном Аринский. — Ваше стремление защитить невиновного похвально, но на некоторые вещи нужно смотреть широко открытыми глазами. Например, на то, что иногда ведьмы бывают опасны даже в столь юном возрасте.

До этих слов я думала, что с достоинством переживу обсуждение. Не хотелось выглядеть никчёмной слабачкой в глазах этих людей. Особенно мне почему-то было неловко перед Великим инквизитором. Вернулось немного подзабытое чувство страха разочаровать взрослого. Сначала я старалась ради матери, потом ради тёти. С отчимом такого желания не возникало. А вот теперь — снова боялась показать, что я слабее, чем всем кажется.