Двойное попадание

― Рви давай. Иначе ок-колеем раньше, чем поставим ш-шалаш, ― я уже прилично дрожала в своем летнем строгом костюме. Для прогулок в осеннем лесу он явно не предназначен.

― Раскомандовалась! Кто из нас начальник? ― возмутился босс, но говор в нос испортил весь эффект.

― О, как мы заговорили. А еще несколько часов назад ты вис на мне, и сам еле ноги волочил. Оклемался и права качаешь, Вольный? ― я откровенно издевалась, но без агрессии. На нее просто не осталось сил.

― Если бы ты не встала в позу, нас здесь вообще не было бы, ― никак не мог угомониться мужчина.

― Не требуй ты нарушения моих должностных обязанностей, не получил бы в нос, ― не осталась в долгу я.

― Я вообще не пойму, какого черта ты меня ударила? Неужели насилие было столь необходимо? Ты же сама читаешь нам лекции о прямо противоположном, а тут такое. ПМС у тебя, что ли?

― Приступ острой необходимости дать в морду мудаку, ― огрызнулась, схватила охапку веток и понесла к небольшому просвету между деревьями.

― Эй, а я?

― А ты можешь хоть голой жопой кверху спать, меня не волнует!

Я сложила ветки конусом так, чтобы было побольше места внутри, а в конце связала верхушку резинкой, что сняла с волос.

Когда я покончила со своим укрытием, услышала чавканье за пределами шалаша. Мне стало интересно, и я высунулась наружу. Тим сидел на куче сваленных в лежанку веток и что-то жевал. Когда я присмотрелась, это оказался сникерс. Кто-то любит сникерснуть в обед на работе, правда, тормозит по-прежнему.

― Может, поделишься? Или инстинкт заботиться в первую очередь о женщине вымер вместе с мамонтами? ― есть хотелось сильно, но я пока держалась. Попить нам ранее удалось из какой-то болотной лужи. Лучше все равно ничего не было.

― Кажется, ты отбила его своим мастерским ударом. Совершенно не чувствую рвения заботиться о тебе, ― он продолжал жевать и говорить в нос, отчего иногда приходилось останавливаться и вдыхать через рот, ― а вот придушить хочется, но я воздержусь.

― Мудак, ― прошипела сквозь зубы и скрылась в своем шалаше. Пусть этот урод мерзнет на своем настиле. А то, что он почувствует холод ночи на себе без укрытия, я не сомневалась.

― Стерва, ― пропел счастливый и сытый мудак.

Я проигнорировала его в стиле своих же советов другим «не реагируйте на агрессию». Все верно, человек устанет сотрясать воздух и заткнется. Тот, кто кричит, всегда проигрывает спор шепчущему.