Ворожея и дырявый котелок

Не уверена, что решусь хоть раз сварить этот кофе, потому что с каждым его зёрнышком будут исчезать и ожившие воспоминания о доме. – Возьмите с собой сумку, моток холщовой верёвки и нож.

– Ролан, – его имя отдалось горечью у меня на языке, – зачем вам моя помощь на самом деле? Сомневаюсь, что вы плохо разбираетесь в травах.

– В травах я разбираюсь прекрасно, – ответил он, поднимаясь с табурета, – и в людях тоже. Но этот разговор мы лучше отложим до вечера. Собирайтесь, а я пока схожу за лошадьми.

Я наспех позавтракала почти сносной кашей с ароматом дымка, сложила в сумку верёвку и нож и задумчиво посмотрела на ещё не отмытый котелок. Я слишком долго знала Ролана и предполагала, что отбиваться от него мне всё-таки не придётся. А даже если бы и пришлось, простого котелка здесь было бы недостаточно.

Когда в дверь снова постучали, я уже собранная сидела на табурете.

– Если я не вернусь, – сказала я Гункану, – новую хозяйку ищите сами.

Когда Ролан подсаживал меня в не дамское седло, я чуть не запуталась в собственной юбке.

– Что-то я передумала. – Я завозилась в седле, собираясь слезть, но инквизитор с силой надавил рукой на моё бедро, заставляя усесться обратно.

– Поздно, Маринэлла. Ещё немного и ваше странное поведение начнёт вызывать у меня вопросы. Это ведь обычный сбор трав. Чего вы так боитесь?

– Я-то? И боюсь?! Не выдумывайте. И вообще, что мы тут стоим? Поехали уже.

Он усмехнулся, залез на гнедого жеребца, прижал шенкели к его бокам и двинулся вперёд. Я нервно посмотрела на свою пегую, ухоженную кобылку по имени Нефела и повторила за Роланом. Она послушно зашагала следом за его гнедым жеребцом.

– Маринэлла, не сжимайте так поводья, – сказал Ролан, когда мы уже поравнялись. – Лучше держитесь за гриву.

Малград от Друидова леса отделяло несколько полей, перемежённых посадками. Пешком нам пришлось бы идти не меньше пары часов, а на лошадях мы доехали за полчаса от силы. То и дело кони срывались на галоп, и я с трудом останавливала себя, чтобы не вцепиться взмокшими от волнения руками в поводья.