Ворожея и дырявый котелок

– Кхм… Я полагал, что это может случиться, и поэтому заранее спросил разрешение у господина Грабко.

– Кто такой этот Грабко, чтобы раздавать разрешения на мои услуги?

Гункан густо закашлялся. Видимо, господина Грабко в Малграде знали все, кроме меня.

– Градоначальник… – ответил Ролан без намёка на удивление. – Он сказал, что вы задолжали ему дорожную и земляную пошлины. Ваши услуги пойдут в счёт долга.

– И сколько я ему должна?

– Скажем так, ваш долг в мясной лавке по сравнению с этим сущий пустяк.

Он и про лавки уже всё разузнал… Узнаю Ролана Стребского. На секунду у меня появилось желание спросить у него о полной сумме моей задолженности. Наверняка он прошёлся по всем торговцам. Но из уст настоящей Эллы Гор этот вопрос прозвучал бы по меньшей мере странно.

– Всё равно отказываюсь. Гункан, проводи гостя. И кашу сними, пригорела же!

Слуга, внимательно слушавший наш с инквизитором разговор, окончательно позабыл о кипевшем на огне завтраке.

Ролан продолжал спокойно сидеть на моём табурете – очевидно, повторный отказ его ни капли не убедил.

Его пронзительный взгляд на секунду встретился с моим, и я снова зарделась, хотя на этот раз совершенно не понимала отчего. Задумчиво опустив глаза, он полез в карман, достал оттуда холщовый мешочек и протянул мне. Я машинально дёрнулась, чтобы его забрать, но Ролан резко отодвинул руку в сторону.

– Чувствуете аромат? – спросил он, коварно улыбаясь.

Я втянула воздух носом, прикрыла глаза и под ресницами навернулись слёзы.

Сами собой.

В комнате запахло кофе, терпким, с нотками чернослива и жареных орехов. Точно такой же готовила моя настоящая мама, когда мы жили в Гимагонии. Этот сорт не только очень дорогой, но и редкий. В Ведарии его не найти. Не знаю, каким способом он добыл этот кофе и почему принёс его Маринэлле Гор, но ради этого мешочка я готова была вызубрить весь учебник травоведения от корки до корки.

Я смахнула слезу и не смогла скрыть во взгляде обиду. Он был моим преподавателем три семестра, полгода носил мне цветы, ночами показывал небесные созвездия, нежно гладил мою руку и украдкой касался губами моей щеки, но ни разу… ни разу он не принёс мне такого мешочка.

Зато радостно вручил его Маринэлле Гор, которую видел только единожды в мясной лавке. Ну, и пусть!

– Дайте его сюда, – сказала я охрипшим голосом. – Когда нужно идти?

– Этим утром и нужно. – Он положил мешочек в мою руку, и я спешно спрятала его в кармане плаща.