Ищу того, не знаю кого

– Ты погодь, Елена Кощеевна… вот я первый зайду, погляжу, а как увижу, что убивать нас не станут, так и вас, девоньки, позову.

Я только усмехнулась, а Варвара рядом ревниво фыркнула.

Ганька неожиданно ловко вскарабкался в избушку, а спустя пару мгновений махнул рукой из дверного проема. Следом уж и я поднялась, Игрунку на поляне оставив. Ничего, ей ноги спутывать не надо – никуда не уйдет. Следом, над моей головой, влетел ворон, а уж последней поднялась и Варвара.

И впрямь, комнатенка – что клетушка, да еще печь половину ее занимает.

Оконце одно, крохотное, мутное. Притолоки низкие, Ганьке вон чуть не пополам сгибаться приходится. У стены грубо сколоченный стол, узкая скамья да пара колченогих стульев. По полкам горшки да ухваты развешаны, с потолка веники травок свисают.

Я присмотрелась – и впрямь веники. Во всяком случае, пыльные такие, будто ими тут мели.

Хотя, по избе судя, не мели в ней давно. Толстым слоем пыли было покрыто вообще все кругом, а паутиной все углы затянуты.

Ганька вдвоем с хозяйкой, почитай, всю комнатенку собой и заполнили – даром что локти в оконце не торчали.

Нам с Варварой по углам пришлось ютиться. Ворон и вовсе под потолок вспорхнул – тут же стряхнув оттуда тучу пыли и паутины.

А еще за Ганькиной спиной я дверцу приметила. Странно, и куда бы она вести-то могла, если с обратной стороны избушки стена глухая была?

– Сами видите, негде мне тут гостей привечать, – сварливо сообщила хозяйка все тем же дребезжащим фальцетом.

В этот момент пол под ногами дрогнул, что-то вокруг утробно заклекотало – и всю избу тряхнуло.

Дверца за Ганькиной спиной беззвучно чуть приоткрылась, и хозяйка поспешно, оттолкнув гостя, кинулась ее закрывать. Впрочем, я-то кое-что успела увидеть…

Оглянувшись, я примостилась на один из шатких стульев. Авось не развалится.

– Выкладывайте ужо, с чем пожаловали! Нет у меня времени на вас! – продолжала старуха, плюхаясь на второй стул. Стул опасно заскрежетал.

– Яга, а Яга, – я, наклонив голову, разглядывала неопрятные космы и торчащий из них кончик носа.

– Ты побриться забыла.

– Да? – хозяйка недоуменно поскребла щеку – и впрямь покрытую легкой щетиной. – Бывает… память у бабушки девичья!

Я покачала головой.

– Ты куда Ягу дел, супостат?

“Супостат”, вздохнув, стянул с головы парик вместе с платком и утер пот. Упарился поди в этаком-то наряде!

– Чего супостат-то сразу? – вопрос он задал уже своим голосом – тем самым, густым и низким. – Нету Яги. Считай, я за нее.