Три мести Киоре 2

Осторожно положила их в поясную сумку, рядом с которой висели ножны с кинжалом.

Тихая-тихая ночь за окном. Киоре открыла окно, и влетевший ветер едва не погасил свечу. Этот ветер — ветер перемен, ветер свершений.

Время одновременно и тянулось, как в скучной поездке, и мчалось, как самый современный паровоз.

Пора.

Киоре вдохнула холодный воздух и закрыла окно. Перед зеркалом она медленно сняла парик, спрятала его среди вещей, смыла макияж — Освеш должен увидеть ее, умереть от руки той, что чудом выжила вопреки его приказу.

Переодевшись, провела рукой по кинжалу на поясе.

Время первой мести.

Прокрасться во двор к лавочнику, спрятаться между кадками квашеной капусты в телеге — такая мелочь, такая простая задача… Гораздо тяжелее не задохнуться под плотной тканью, не задохнуться от ожидания.

Когда телега въехала на монастырский двор, снаружи уже было светло, и Киоре сжала кольцо на пальце — чары заработали, и она стала прозрачной, невидимой ни для себя, ни для других.

Эстер в коридорах монастыря как будто светил тусклее, мрачнее обычного выглядели монахи.

Она спустилась в сырое подземелье с коридорами, затянутыми паутиной. Ступени горели под ногами. Вот двери. Ключ — в ее руках. Схватив со стены кристалл эстера, открыла двери.

Мгновение она медлила на пороге — невероятно, что ее месть стала так близка!

Шаг в темноту, и свет эстера с протянутой ладони освещает пространство.

Не то келья, не то склеп, и в углу на сгнившей соломе — бледный, тощий до торчащих костей мужчина.

Киоре сняла кольцо. У нее есть пять минут на возмездие, иначе она не успеет уйти незамеченной, и это немного портило, смазывало ее триумф. Она убьет не шавку вроде Иари, она убьет того, кто сам отдавал смертоносный приказ! Сейчас!

— Ты готов умереть? — спросила она, достав кинжал, и голос звучал холодно, яростно, как она и хотела.

— Женщина? А дашь себя потискать на прощание? — Освеш похабно улыбнулся, приподнявшись на локтях.

Голова с запавшими глазами смотрелась неживой в голубом свете, совиной, и Киоре опустила кристалл на камень, не желая, чтобы движения были стеснены.

— Не женщина, — ответила Киоре. — Колдунья.

Она встала так, чтобы свет падал на лицо — он должен видеть, кто принес его смерть.