Три мести Киоре 2

Никто не удивился даме, покинувшей этот дом. Никто не знал, кто она. Никто не видел ее ни до того, ни после. Прибывшие утром следователи уже не могли ничем помочь правосудию.

На рассвете дворецкий Дорана застал герцогиню сидящей у камина. Взлохмаченная, бледная, с кругами под глазами она походила на сумасшедшую. Она отказалась от еды, от чая, от сладостей — смотрела в огонь, дожидаясь, пока часы пробьют нужное время.

— Мне пора, — поднялась она точно по их звону. — Всё готово?

— Экипаж подан, ваше сиятельство, — поклонился дворецкий.

— Одну минуту, я забыла кое-что в спальне.

Киоре не смогла отказаться от того, чтобы в последний раз подняться наверх. Лестница с идеально отполированными перилами и легкий запах воска; коридор с пустыми стенами, ее спальня, где остались наряды, приобретенные за время короткого брака. Хмурый вид за окном. Присев на кровать, она сцепила руки в замок, а, поднявшись, быстро спустилась по лестнице и покинула особняк, не останавливаясь и не оборачиваясь.

Когда за ней хлопнула дверца кареты, Киоре закрыла глаза.

Голова болела от недосыпа, жужжали назойливыми мухами мысли, но экипаж под цокот подков вёз ее вперед, навстречу будущему и навстречу очередной мести. За окном тянулись пейзажи Тоноля, серые, грустные, а теперь улицы вдобавок пропитал запах страха перед неизвестными чудовищами.

Открыв окно кареты, приказала кучеру остановиться на углу улицы, и через десять минут к ней внутрь забрался щеголеватый красавчик.

— Вижу, ты совсем перестала бояться, что тебя разоблачат? — Файрош скрестил руки на груди и посмотрел на нее, как на маленького ребенка.

— Впрочем, меня это не волнует. Верни мои часы! — прикрикнул он, взглядом сверля в Киоре дыру.

— А волшебное слово? — издевалась она в неизвестно какой раз над Файрошем.

— Немедленно! — рыкнул тот, ударив рукой по обивке; отогнулась пола пиджака, показав револьвер за поясом штанов.

— Я не ношу их собой. Скоро приедем.

И она отвернулась к окну — кучер ехал заранее обговоренным маршрутом, оставалось лишь дождаться… Когда карета, повернув в переулок, остановилась, одним боком чуть не упершись в стену дома, Файрош дернулся, но убежать не успел — дверца распахнулась, и Доран Хайдрейк объявил:

— Ты арестован.

— Но за что, ваше сиятельство? Разве у вас есть что-либо против меня?

— Сейчас и будет, за что, — кивнул герцог, в то время как Файрош схватил Киоре, приставив к ее виску револьвер. — Это уже нападение на герцогиню.