Три мести Киоре 2

Томис слышал, он купил оружие, взял несколько уроков стрельбы, а еще часто зависал по тавернам, всякий раз доверительно беседуя с разными людьми. О чем, Томис не знал, но пообещал выведать.

«Уничтожим арену — прекратим убийства девушек», — Доран потер переносицу и перевел взгляд на потолок. Обыски в домах дворян не дали ничего, кроме новой вспышки недовольства Тайным сыском и очередного потока жалоб на него Паоди.

— Доран! Я не могу постоянно игнорировать жалобы на тебя, ты понимаешь? — сердился император, возвышавшийся над ним на своем троне, в котором блестел изумруд Гахта.

— Нам нужна истина, Ваше Величество.

— Но не такой ценой! — качнул он головой. — Стань уже хитрее, мой друг.

— Вы лучше иных были знакомы с моим характером, когда назначали меня главой Тайного сыска, — напомнил он монарху.

Паоди нахмурился, сжав руки на подлокотниках.

— И я по-прежнему желал бы видеть обещанные документы по лаборатории Соренора…

— Никаких документов нет, Доран! Не существует их!

Он удержал нейтральное выражение лица — Дорану не нравились затеянные императором игры.

— И ради безопасности империи они не появятся?

— Если их нет, то и появляться нечему, — отрезал Паоди и поднялся.

Доран так разозлился и погрузился в мысли, что очнулся от мягкого прикосновения женской руки, вернувшего его в комнату с камином:

— И зачем ты мне пульс меришь?

— Ты еще болен.

— Сейчас даже смерть не заставит меня отлучиться со службы, — неудачно пошутил он, ощущая привычную усталость, домашней кошкой опустившуюся на плечи.

— Неужели в городе всё так плохо?

— Ты ничего не слышала? Ни о туманных чудовищах, ни об убийствах девушек?

— Меня мало волновали слухи. Не до них, когда собственная судьба неизвестна.

— Сколько же тебе пришлось пережить?.. — философски спросил он и поднял девушку и усадил к себе на колени, обнял легонько, а она опустила голову ему на плечо.

— Не стоит сочувствовать. Нищие, например, живут во много раз хуже, и у них нет шанса выйти за богатого герцога, — ее улыбку он ощутил кожей на шее, и руки сами опустились на талию, сжав.

— Ты сильно похудела. Ну, теперь мои слуги позаботятся о твоем питании.

Она тихо усмехнулась и окончательно расслабилась в его руках. Прядь светлых волос скользнула на черную рубашку.