Сгореть в огне

Джун прошлепал босыми ногами к своей комнате, у самого порога остановился и более внимательно посмотрел вниз, шевельнув пальцами.

— Сложно было сказать, что я без штанов? — он качнулся с носка на пятку и обратно, хотел сунуть руки в карманы, но в шортах их не оказалось. Поэтому оперся ими по обе стороны двери, об откосы, пытаясь сохранять невозмутимый вид, который дался ему с большим трудом. Он упустил из виду такую элементарную вещь, что на миг растерялся, вдруг стало тяжело дышать.

— Я думал, ты в курсе, — проговорил Райер, в свою очередь пытаясь не показать, как его потрясли слова Джуна.

«Это последствия амилазиума? Или стабилизатора?» — Джун, почему бы тебе не прилечь? Хотя бы на пару часов, простой крепкий сон, без настоек и лекарств? Я просмотрю отчеты пока, к тому моменту как встанешь — все сгруппирую.

Его лицо поглотила тень, Джун отступил в темную комнату, ничего не ответив. Закрыл дверь, потом Райер услышал, как он открывает окно. Представил, как напарник перегибается через подоконник, жадно вдыхая ледяной воздух, остужающий его голову, все сильнее и сильнее, пока пальцы не соскальзывают с обледенелой рамы, и он молча падает на камни у корпуса.

— Джун! — рывком распахнул дверь, шаря глазами в полной темноте.

— Хамир?

Голос шел слева, оконный проем был пуст, в распахнутые створки залетали снежинки и сразу таяли, покрывая подоконник и пол каплями. Райер едва удержался, чтобы не сползти вниз по стене, когда холодный ужас, охвативший его при мысли о гибели Джуна, отступил.

Перевел дыхание, пошарил рукой по стене в поисках рубильника.

— Хамир, что ты здесь забыл? — яркий свет лампы резанул по глазам, Райер прищурился и повернулся в сторону голоса. Его напарник сидел на кровати, все в тех же шортах, с лэптопом на коленях. Без единой эмоции на лице, он смотрел на него как на пустое место.

— Что с тобой происходит? — тихо спросил Райер. — Это обычная усталость? Или что-то серьезней?

Снова мимолетное выражение растерянности в серых глазах. Джун прикусил нижнюю губу, на которой опять показались капли крови.

Его губы никогда не заживали, они трескались, постоянно пересушенные от жара, чем бы они их ни натирали.

— Сядь, — он похлопал ладонью рядом с собой. Райер сел, стараясь не касаться обнаженной ноги Джуна, помня о том, как тот не любит прикосновения. Джун понимающе приподнял уголок рта. — Я встретил после пары Тису Верену. Она оставит тебя в покое.

Светлая бровь Райера дернулась, он не поверил в подобный жест щедрости.