Сгореть в огне

— Хамир, — с угрозой повторил ректор, проигнорировав слова Джуна. — Мне самому посмотреть?

— Я, — Сайя вышла из полумрака того же пролета, что и Райер перед этим, обойдя стеллажи в конце. Мужчины замолчали и уставились на нее. Сайя вытерла губы, размазав помаду еще сильнее, Райер ошеломленно моргнул и едва успел придержать пошатнувшегося Джуна, который быстро выпрямился. — Я с ним. Мы обсуждали живопись.

Минуту ректор просто смотрел на нее, потом его глаза потемнели.

— Вам не кажется, что... — замолчал, растер виски, откинул назад волосы, все так же не сводя глаз с помады на подбородке ученицы.

Сайя сообразила, что ей следует смутиться. Она опустила голову вниз и быстро прошла к выходу, вытирая на ходу краску с лица. Джун и Райер двинулись за ней, надеясь, что ректор пойдет следом.

Таймин Крид еще раз оглядел зал, после чего вышел и запер дверь. Райеру осталось полагаться на то, что у Верены есть ключ и ему не придется возвращаться, чтобы вытащить ее оттуда.

Его беспокоил Джун, который бледнел на глазах, но упорно шел вперед, к лестнице, не оборачиваясь.

— Ты как?

— Мне нужно в комнату, — прошептал Джун, сжимая пальцы в карманах школьных брюк. Его лоб и виски покрылись испариной, щеки горели, что выглядело пугающе на фоне мертвенно белой кожи. — Хамир, он ушел? Я сейчас отключусь. Найди что-нибудь...

Джун не договорил, повалился вперед. Райер едва успел его поймать, чтобы напарник не разбил лицо, оглянулся, пытаясь вспомнить, есть ли поблизости хоть какой-то закрытый угол, где можно спрятать Хоёна.

— Что с ним? — это была Сайя. Райер никогда не думал, что будет так рад ее видеть.

— Есть здесь кабинет не слишком посещаемый? — постарался, чтобы голос прозвучал ровно и не выдал ужас, который он испытывал.

— Да, сразу под лестницей, там сторож иногда спит ночью, — Сайя не стала дальше расспрашивать, помогла Райеру перекинуть Джуна через плечо и повела к небольшой каморке, где Райер головой задел потолок, и где все обстановка состояла из стула, потертого коврика у двери и кровати. Узкой, короткой, ноги Хоёна остались свисать на пол и Сайя подставила под них стул. Обеспокоенно всмотрелась в закрытые глаза, потрогала горячий и мокрый лоб.