Сгореть в огне

Тоири же забралась на сцену, несмотря на окрик.

— Она моя соседка! — схватила Сайю за руку и вдруг заплакала. — Сайя... Что ж... Как же так?

Тяжело Сайя приходила в себя под всхлипы и тревожные голоса. Застонала, шевельнув головой: в висках оглушительно застучало. И первая мысль, которая пришла в голову, была о Джуне.

— Где он? Джун, где он? — попыталась подняться, но тело еще плохо слушалось. Схватилась за Тоири, подтягивая себя вверх. Подруга уже не скрывала слез. — Тоири! Где Хоён??

— Его забрали, — глухо ответил за Тоири Ти Ройс.

— Как и Хамира. И... — чуть не оговорился «наставницу», но остановился. Назвал только фамилию: — Верену. Всех троих. Вы, видимо, потеряли сознание...

Ее вырубил Райер, Сайя это помнила так же четко, как свое имя. Чтобы она не помешала Джуну. Взгляд метнулся к двери.

— Что было??

— Он... — Тоири боялась смотреть в ту сторону. — Джун Хоён, он, видимо, из этих... Других, особенных.

«Он особенный, это точно». Сайя сумела встать на ноги, спуститься с импровизированной сцены, держась за локоть подруги.

И только тогда увидела следы, покрывавшие пол. Побледнела, ее рука метнулась к горлу, притихшая было боль в висках ударила с новой силой.

— Он упал, — голос Тоири сорвался на сиплый шепот, пока Сайя медленно подходила к уже почерневшим, свернувшимся сгусткам, странными узорами покрывающим еще недавно сверкавший пол. Огоньки на стенах продолжали таинственно мерцать, словно в насмешку над жутким окончанием Снежного бала. — У него пошла кровь, его забрали их медики.

И Райеру... — В горле встал комок, подбородок задрожал. — Ему, кажется, сломали челюсть, он не мог говорить...

Судя по количеству крови, здесь кого-то убили, подумалось Сайе. Свои своих же. Истязали, ломали...

Она присела, не доверяя своим ногам, дотронулась до пятна на полу, пачкая пальцы.

— Где ректор Крид? — спросила, не поднимая головы. Может, он что-то знает. Хотя бы где искать Джуна и Райера. Чтобы узнать, остались ли они живы, оказали ли им помощь.

Дальнейшие мысли быстро оборвала.

— Его не видел никто, — покачала головой Тоири.

— Что же делать? — прошептала Сайя, приходя в полное отчаяние. Ее начало мутить от ужаса, судорожно сглотнула, не в силах оторвать глаз от частички Джуна, по которой протоптался не один человек: пол был усеян темными отпечатками гвардейских тяжелых ботинок. Чуть дальше лежал смятый шоколадный батончик, очень похожий на тот, что Сайя дала Джуну, когда думала, что он голоден.