Сгореть в огне

Поставил суп на подоконник. Тяжело оперся локтями рядом с тарелкой и вгляделся в едва различимые очертания за окном.

Он был точно такой же как и Джун. Но стоял на своих ногах, подчинялся себе и не носил ошейник. И это заставляло его чувствовать вину, словно парень, спящий в его кровати, расплачивался за них двоих.

— Эти датчики... Были случаи, когда пытались сбежать? Именно поэтому их ставят?

— Думаю, да. Ведь таким как я, их не вживляют. Только психоделикам, — Райер говорил тихо, чтобы не разбудить Джуна. Но и не встал с кровати.

— Мы ничего не знаем точно, об этом не пишут и не говорят. Все подробности держат в секрете. Они приходят, отрабатывают свой срок и исчезают.

— Куда?

— Где, — поправил Райер. — Их забирают в лабораторию. Для изучения.

Изучение. За этим словом скрывалось нечто жуткое. На ум сразу пришли пыточные камеры и клетки с подопытными зверьками. Таймин отошел от окна, плотно задернул шторы и приглушил свет. Подвинул ближе к Райеру стул, на который сел.

— Можешь рассказать? — не мог же он в самом деле иметь в виду опыты над людьми?

— Психоделики горят, — ровно произнес Райер.

— Срок их годности до ужаса мал, самое большее — десять лет. И это ничто, новые не успевают вырасти и их не хватает. Уверен — задача анатомиков — выяснить, как работает их мозг. Модифицировать или продлить срок их службы.

— Что значит — мозг? — содрогнулся Таймин.

— Я не знаю, как это происходит. Ни один психоделик еще не вернулся оттуда. Лишь слухи, которые пересказывают, — Райер не отрывал глаз от Джуна.

— Говорят, что им вскрывают череп... и... — Зажмурился и его лицо перекосилось. — Не могу... Не спрашивай...

Лабораторные зверьки, утыканные проводами. Таймин в шоке уставился в пол, начиная сожалеть, что спросил.

— Много таких, как Джун? В гвардии?

— По информации штаба — около пяти тысяч по всей стране, — Райер потер глаза. — Но гвардия имеет привычку занижать или завышать данные, так что в реальности мы знаем только приблизительное количество.

— И они еще развернули кампанию по уничтожению оставшихся? — вспылил Таймин.

Слишком громко, веки Джуна дрогнули. Райер приложил палец к губам. — Вы знали, что все может закончиться так?

Твердое «да» — так могло закончиться любое дело, которое они вели. Просто раньше им удавалось выкрутиться, но вечным было только небо над головой.

— Это было решение нас двоих — найти преступника. Настоящего. Мы могли остановиться на том, что и Кадан, и Рин убили себя сами. — Райер горько усмехнулся. — Но не остановились.