Академия Равенства. Тьма

И если Винтер был тем, кто волочился за каждой юбкой, то директор Грон эль Свьен от этих женских частей гардероба уставал отбиваться. Не пугали адепток ни грозный вид, ни обладание сильнейшей после Императорской семьи магией, ни смертоносная Тень в подчинении.

Девушке он тоже нравился, но не до оглушающего радостного визга, которым все время ознаменовывали появление директора влюбленные подруги. Она старалась не попадаться ему на глаза и лишь украдкой любовалась длинными волосами, убранными в строгий хвост, небольшими морщинками в уголках карих глаз, которые хотелось разгладить подушечками пальцев, как и прикоснуться к чуть пухлым губам.

Директор эль Свьен всегда устало морщился, когда очередная воздыхательница встречалась у него на пути. Вот и сейчас женская половина допущенных зрителей бесновалась, пищала и визжала, чтобы поймать на себе взгляд самого богатого неженатого мужчины Кирольской Империи, а потенциальный кандидат под венец тяжело вздыхал, пытаясь не обращать на них внимания.

– Добровольцев нет... Ну что же, первым выходит адепт Кринт.

Петриция внимательно следила за ходом экзамена. Уже следующей весной она точно так же будет стоять на тренировочном поле и, нервничая, ожидать своей очереди. До окончания второго курса адепты не пользуются своей силой, изучая только теорию. Поэтому экзамен по предмету «Подчинение силы» являлся обязательным условием перехода на третий год обучения. Его невозможно было не сдать, если ты хотя бы чуточку маг по крови и владеешь своей силой, но вопрос был в другом.

«Чаша Стихий» обрушивала на адепта воплощение его силы, а в некоторых случаях и нескольких. В основном маги рождались с одной стихией. Это могли быть воздух, вода, огонь, земля или Тьма. Бывало, новорожденному передавалось две силы его предков, очень редко три и почти никогда четыре. Тьма же всегда приходила сама выбирать нового носителя, и только к тем, кто встретился с ней лицом к лицу.

Адепт Кринт встал перед чашей.

Квадратный подиум был огражден защитным куполом. Очень медленно каменная посудина наклонялась, пока голубая субстанция, словно водопад, не начала переливаться через край, попадая прямо на адепта и окутывая его светящимся коконом. Исходя из цвета силы, несчастный обладал стихией воздуха. Петра задержала дыхание. Ее интересовало, сможет ли парень подчинить силу.

– Адепт Кринт! Не тяните дракона за хвост! – рявкнул директор, приближаясь к подиуму.