Академия Равенства. Тьма

Многие живут так, когда собственное счастье уходит даже не на второй или третий план, а на самый последний, теряясь среди каждодневных забот и груды работы. Лорд мог подарить ей только лишь эту ночь…

***

Хрустальный дугообразный мост возвышался над широкой полоской реки, не превратившейся в лед, несмотря на минусовые температуры зимы. Речушка весело переливалась звонкой музыкой, огибая декоративные камни, и ускользала куда-то далеко – в место, скрытое глубокой ночью. Кованые фонарные столбы разместились тут и там, освещая пару, держущую свой путь на ту сторону райских земель.

Петра шла уверенно, опираясь на руку своего спутника, и улыбалась, слушая его рассказ:

– Это заведение считается произведением искусства одного великого архитектора. Сам ресторан является сердцевиной и олицетворяет начало пути человека. Коридоры – всевозможные дороги и выбор, а беседки – конечный путь и новую точку отсчета.

– Если не углубляться в задумку, то выглядит все это потрясающе… – честно ответила девушка, считая, что лучше говорить правду.

– Это Вы – потрясающая… Но, знаете, я думаю, устройство беседки вам понравится.

– Интригуете?

– Заинтересовываю, чтобы у вас не возникло желание сбежать от меня.

Слуги открыли створки дверей отработанным движением, и пара вошла внутрь, заставив посетителей общего зала обратить на себя внимание. К слову, они стали единственными посетителями, заглянувшими этим вечером в ресторан в масках.

– Добрый день! Желаете столик? – прислужник улыбался, оглядывая новых гостей.

– Отдельную беседку, – спокойно проговорил мужчина.

– Следуйте за мной, пожалуйста.

***

Спокойствие окутывало тело вместе с нежными бережными объятьями. Слуги давно принесли заказ, но пара никак не могла разорвать прикосновений. Петра сидела, облокотившись спиной о грудь мужчины, и просто наслаждалась умиротворяющими ощущениями.

– Давайте присядем за стол? – поцелуй в висок. – И мне, и вам необходимо подкрепиться. Между прочим, прислужник по большому секрету порекомендовал заказать удивительное серебристое вино.

– И чем же оно удивительно?

Петриция выпрямила спину и, обернувшись, посмотрела на незнакомца, хотя таковым его уже не считала.