5. Служить и защищаться

Вместо этого Элина притянула голову Келеаха к себе и крепко поцеловала его.

– Хватит, – грубо прервал их драуг, – не то моя повелительница получит две жертвы вместо одной.

Келеах сдержанно улыбнулся Элине и в последний раз прижал её ладонь к своим губам. Драуг помрачнел под стать Рэйшену, могучей рукой ухватил Келеаха поперёк туловища и поднял его высоко в воздух.

– Эли, хочешь, я пойду вместо него? – глаза Рэйшена безумно сверкали. – Одно твоё слово, и он останется, а я уйду! Или хочешь, я попытаюсь попасть в глаз драугу?

Элина неотрывно смотрела, как многоногое чудовище скрывается за поворотом и уносит Келеаха, который так и не понял, зачем нужна свобода…

– Ну, говори скорее! – жарким шёпотом торопил Рэйшен.

Шаги драуга стихли. Элина повернулась к Рэйшену.

– Я хочу, чтобы ты остался со мной, – твёрдо проговорила она. – А сейчас подбери факел, отдай мне арбалет и веди нас, путь-то уже свободен.

Поклажу Келе поделили между собой Мадог и Меуриг. Руфус привалился к каменной стене, закатил глаза и наотрез отказался подниматься.

– Какой стыд, – пробормотал Ингерам.

Стоявший рядом Лоркан зло сплюнул на камни.

– Что будешь делать? – с насмешкой поинтересовался Дэвлин у Элины.

– Ничего, – пожала плечами она и резко крикнула: – Лонваль! Полли! Оставьте его, мы уходим!

– Мы оставим его здесь? – Лонваль не верил своим ушам.

– Разумеется. Некогда с ним нянчиться. Думаю, скоро сюда опять явится драуг, и Руфусу станет веселее.

Факел в руках Рэйшена ещё не успел разгореться как следует, а Руфус уже вскочил на ноги, подхватил заплечный мешок и был готов идти дальше.

Отряд миновал проход, в который драуг унёс Келеаха. Элина сочла, что скоро они смогут выбраться к солнцу и свету, но никто не чувствовал ни малейшего движения воздуха. Наоборот, оказалось, что тропа уводит всё ниже. Слышно было, как Лоркан что-то пробурчал про путь в Бездну, а Ингерам резко оборвал его:

– Заткнись, старый дурак, накличешь!

Элина тронула Рэйшена за локоть.

– Мы правильно идём?

Элина шептала, чтобы остальные не услышали неуверенности в её голосе.

– Другой дороги нет, – так же шёпотом ответил Рэйшен. – и запах Гвенедд я по-прежнему чую. А вот Тахирджона – нет.

– Плата за проход, – с горьким сарказмом проговорила Элина. – Она его для этого и брала с собой. А мы – "рабство, рабство".