Притворись моей кицунэ

Она взяла край рукава, чтобы скорее стереть ее, но в следующее мгновение мир словно перевернулся, а затем девушку оглушили громкие звуки и удушающий медный запах крови. Сердце билось в груди как бешенное и ей хотелось бежать прочь, найти тихое место, спрятаться, Лина сделала шаг, но в чем-то запуталась, заскулила…

— Хитоми? — обернувшись, Чинхо растерянно смотрел на запутавшуюся в одежде лисицу.

Раздался задорный смех анэ Кихимэ.

— Хитоми, это ты? — Чинхо опустился на колено, желая помочь, но лисица дернулась и прикусила его руку, после чего вырвалась из шелкового капкана и рванула прочь в сторону леса.

Через мгновение следом пронеслась вторая лисица.

— Не переживай, Мицуко позаботиться о ней. — анэ Кихимэ подошла ближе.

— Но… как, это невозможно! Неужели шаманка и вправду прокляла ее? — Чинхо с трудом мог поверить собственным глазам.

— Значит, она была не такой уж и шарлатанкой.

— Но что мне делать?

— Ждать. Однажды она вернется, а может и нет. Все зависит от ее чувств.

— Но почему она убежала?

— Она поздно обрела зверя. Лисица напугана и растеряна. Теперь она хочет свободы. Мы с детства учимся ладить со своим зверем, Хитоми будет не легко, но Мицуко поможет ей. В этой кицунэ больше лисы, чем девушки, к тому же, они хорошо знакомы. Хитоми не испугается и не прогонит ее. А нам остается только ждать. Кстати, твоя лисица тебя пометила, девушки из деревни больше не станут тебе досаждать.

Чинхо задумчиво потер укушенную ладонь.

— Значит, мне снова остается только ждать.

— Если хочешь. Хитоми выполнила условие, к тому же стала кицунэ, поэтому, я все же, могу отпустить тебя.

Глава 31

«Не путь выбирает себе самурая,

А сердце — не зная иного пути».[1]

Мягкая осень наступила тихо, опадая к ногам Чинхо шуршащими листьями. Тоска и сожаления вновь сжимали его сердце. Он снова не смог позаботиться о Хитоми, защитить ее. Как бы он ни старался, девушке приходится самой справляться с трудностями, встающими у нее на пути.

А он верил, что сможет, что справится. Может он и вправду стал ронином по заслугам. Сначала предал своего господина, потом подвел ту, которую сам себе обещал беречь. Захочет ли она еще быть с ним, или решит остаться среди лисиц? Ему здесь не место. Он не может всю жизнь есть краденый рис, носить чужую одежду и полагаться на милость лисиц. Пускай он утратил свою честь, но он всегда будет оставаться мужчиной.