Ассасины. Ее катализатор

– И?

И действительно, что с этого?

– Запишем его в премию?

– Нет. В подарок, – настойчиво произнес он. – Позволишь надеть на тебя? Но… – тут он стушевался. – Если не захочешь носить, я пойму. Дело твое. Я просто хочу отдать его тебе.

Я молча повернулась к нему спиной и перекинула волосы вперед на плечо, обнажая спину. Услышала, как расстегнулось крепление, его руки приблизились ко мне. Он надел кулон, и перенес волосы обратно, поправляя прическу. Его горячие руки прошлись по моей коже, а затем отпрянули. Я развернулась обратно к нему лицом.

– Тебе идет, – сипло выдавил он. – Но ты можешь снять его в любой момент, если хочешь.

Я вспомнила слова ни раз сказанные мне сегодня: «Наслаждайся вечером».

Зачем глупые вопросы… мысли о будущем. Если можно просто отпустить себя на мгновение и поддаться слабости.

– Не хочу, – сказала я и сама поцеловала его.

Он резко выдохнул, а затем вдохнул, словно пытался вобрать меня. Его руки прошлись по плечам, добрались до шеи. Зарылся пальцами в волосах, осыпал поцелуями щеки, лоб, шею.

Добрался до выемки над ключицей. Кажется, я не сдержала судорожных вздох.

Его руки спустились на талию, и он придерживал меня осторожно, словно боялся, что я могу растаять. Волшебные ощущения! Его губы снова нашли мои, и поцелуй стал набирать более горячие обороты.

Я обвила его шею руками, почти повиснув на нем.

Желание, привязанность, доверие. Все для меня внутри слилось воедино. Хотелось и с ним стать единством. Как будто это была самая правильная вещь на свете.

Как будто до его поцелуев я жила под прохладной или даже холодной водой, в которую меня когда-то окунули и оставили одну, смотреть на мир сквозь водную толщу и ледяную стену. А теперь я оказалась в теплых объятиях. Я чувствовала себя живее всех живых, как будто только сейчас стала дышать полной грудью и искренне смеяться.

Это произошло не сразу. Но с Шафраном ледяная стена всегда давала слабину, выводя меня на эмоции. И раздражение, и злость, и обида. Но это все перекрывалось взаимным доверием, рожденным тем, что мы открывались друг другу, не таясь за стенами силы.

Я впустила еще одного человека в свою жизнь, с кем могла беззаботно смеяться и улыбаться. И даже ближе, чем с брата и подругу.

Он достал меня со дна. И я не знала, что будет на следующее утро, возможно, мне придется снова уйти в воду под коркой льда. Но сейчас… я хотела надышаться теплым воздухом с ароматом лакрицы, шафрана и сладкой карамели.

– Николетт, – выдохнул он прямо в мои губы.