Царевны. Хранитель дождя

Ее новое приобретение стоял у ворот, совсем не горя желанием следовать за ней.

— Пойдем скорее! Тут невозможно воняет гнилью, — возмутилась она, пытаясь придать своему голосу строгость и металл.

Ведь на них сейчас глазели прохожие и несколько торговцев с рынка рабов, стоящие чуть в стороне. И надо было поддерживать свою роль жесткой надменной девы-драконицы. Сейчас она находилась в самом центре Харийского царства, принадлежащего кесарю Карону Обсидиановому. Это было очень опасно. Ведь если кто-то только заподозрит, кто она на самом деле, ее не только схватят, но и доставят императору.

Ей же необходимо было выполнить свою миссию, которую сама же избрала, чтобы помочь сестрам и жителям планеты. Нет, нельзя было допустить даже малейшей ошибки и промедления в планах.

Потому убраться с этого гнусного рынка рабов и града надо было как можно скорее.

— И что ты застыл?! — уже прикрикнула на мужчину Океана. Думая, что именно так и должна была разговорить хозяйка драконица со своим рабом. Говорила она по цетуриански, чуть коверкая язык, чтобы показать что она пришлая на этой планете. — Или мне применить более убедительное средство?

Магури как-то зло и непокорно взглянул на нее, и не сдвинулся с места. «Вот упрямый паршивец» — процедила про себя Океана, понимая, что сладить с ним будет не так уж и просто. Она быстро положила руку на кольцо, надетое на среднем пальце, которое дал ей работорговец.

Вновь бросив на девушку испепеляющий полный ненависти взгляд, сезар все прекрасно понял. Это кольцо управляло ошейником на его шее.

— Иду, — пробубнил он хрипло, сглотнув, и не желая снова испытывать на себе действие этого чудовищного приспособления, которое могло причинить адскую боль.

Видя, что он последовал за ней чуть ковыляя, Океана зашагала дальше.

— Зайдем вон в тот трактир. Я проголодалась, да и ты тоже голоден, наверное? — спросила девушка тихо, когда Магури, наконец, поравнялся с ней и почтительно начал идти на шаг позади нее.

Говорила она это тихо, чтобы никто не слышал. Потому что не могла госпожа разговорить так со своим рабом и уж точно вряд ли бы заботилась о наполнении его желудка.

— Можешь говорить на своем языке, за год я хорошо изучила ваш язык, — велела Океана.

Он промолчал. Прищурился, но продолжал послушно идти за ней.

— Быстро поедим. Потом заедем в лавку портного.