Маркиза, кот и чертополох

– Э-э, может хватит? – желтые глаза Бадильяра округлились, но никто на него не обратил внимания. – Я вам что плюшевая игрушка?

Ла Ветт сочувственно улыбнулся коту, и всё же его забрал.

Велиус развернулся, молча подхватил девушку и словно пушинку посадил на химеру.

– Что вы делаете? – возмутилась она.

Он не ответил, а лишь упрямо сжал губы. Ловко запрыгнул следом и хлестнул поводьями. Герцог гнал химеру, не обращая внимания, успевал ли виконт следовать за ним. Когда они въехали во двор, Велиус соскочил с химеры, рывком стянул девушку и поставил на землю.

– Андертон!

Герцог крепко сжал хрупкую ладонь и потащил в дом. Он шел так быстро, что Нерине не успевала и ей приходилось бежать следом.

– Куда вы меня тащите, Андертон? – взвилась девушка. – Это переходит все границы!

– Вы сами напросились, миледи! – рявкнул он. – Я научу вас послушанию!

Маркиза остановилась и выдернула руку. Её коралловые губы сжались в линию.

– Не посмеете! Никуда я не пойду! – она топнула ногой, прям какой избалованная принцесса.

Серые глаза прищурились:

– Да ну? Пойдете как миленькая!

Маркиза вскинула голову и упрямо помотала головой. И это стало для Андертона последней каплей. Подхватил её и закинул на плечо. Нерине вилась ужом и колотила маленькими кулачками по спине. Но как бы девушка не сопротивлялась, сил вырваться не хватало.

Именно в этот момент вошёл ла Ветт с котом, грустно посмотрел на даму своего сердца в чужих объятиях, и спросил кота:

– Может вмешаемся?

– Только если тебе хочется быстро умереть, – шевеля усами ответил кот, – я же не планировал.

– Андертон! – взвизгнула маркиза. – Ну-ка пустите меня!

– И не подумаю, – ответил герцог. И стал подниматься с ценной ношей по ступенькам.

– Поставьте меня сейчас же!

– Нет!

Маркиза не понимала куда он несет, а когда увидела, что это хозяйские покои стала вырываться ещё сильнее.

– Ужин.., – прибегла она к хитрости.

– Пусть начинают без нас, – хмыкнул герцог и открыл дверь ногой.

Зашел в личные покои и бросил свою ношу на кровать. Кажется, грязное платье его вообще не смущало. Нерине осторожно осмотрелась по сторонам, замерла, и только грудь в серебряном корсете ходила ходуном.

– Если вы ищете вазу, то у меня в комнате их нет, – выдохнул мужчина.

Андертон почувствовал, что раздражение, которое так сильно впивалась в горло, отступало. Маркиза пробуждала в нем самые темные чувства.