Ева. Зов полуночи

Но так просто отделаться от раздражения и злости не получалось.

— А вам-то это зачем? — спросила я женщину, с вызовом глядя ей в глаза. — Я вам не дочь, чтобы печься о моем душевном здравии, и вообще…

— Ошибаешься, — выдержала мой взгляд Лада. — Не знаю, как это происходит у других, но, выходя замуж за Глеба, я приняла его таким, каков он есть. Ты — его часть, а значит, уже заочно я приняла и тебя.

— То есть если бы у него был гарем жен и целый выводок детей, вы бы полюбили их всех? — скептически спросила я.

Лада отвела взгляд:

— Не знаю.

Это сложный вопрос. Но я бы постаралась. Хотя, может, тогда я бы вообще не смогла его полюбить и стать истинной парой.

— Истинной?! — удивилась я.

Таких подробностей я не знала.

— Да. Обычно истинные пары изначально предназначены друг другу природой, и это легко проверяется во время оборота. Эта истинность происходит из страсти и взаимной тяги как бы бросая навстречу предназначенных друг другу оборотней или людей. Хотя они и не верят в это, — грустно произнесла Лада… намекая на мою мать? — Но есть истинность, которая возникает постепенно.

Она появляется у оборотней, которые долгое время живут вместе. Можно сказать, она рождается из любви их человеческих ипостасей. Это происходит редко и не совсем похоже на классическую истинность, но она есть. У нас с твоим отцом получилось именно так.

— Не понимаю этих ваших танцев с бубном вокруг истинности, — с раздражением бросила я.

Мне было неприятно, что отец может любить кого-то, кроме мамы. Глупо, конечно.

Но я не всегда дружу с логикой.

— Все просто, — вздохнула лада. — Только истинная пара может родить по-настоящему сильного оборотня. А в нашем обществе сила очень важна.

— Но сегодня отец сказал, что Алекс очень силен. Значит, он рожден вами от истинной пары? Разве у оборотней может быть несколько истинных? — я испытующе посмотрела на женщину.

Мама говорила, что истинная пара — это на всю жизнь. Лишаясь ее, оборотень чахнет и редко становится прежним.

Слова Лады не вязались с этим утверждением.

Неужели она мне врет? Вот так — не краснея и с искренним выражением лица?

— Да, — она кивнула и отвернулась к окну, а я обратила внимание, как побелели костяшки ее пальцев, сжимающих ручку сумочки. — Отец Алекса был моей истинной парой. Наша встреча была вспышкой, головокружительным приключением, но жизнь оказалась не такой радужной. Он любил риск, всегда старался быть на острие, не видел полутонов. Угнаться за ним было невозможно, — она вздохнула. — Не мне.