На Грани. Книга первая

Возможно, в гадине было что-то красивое — гибкий стройный торс, длинные волнистые волосы, утонченные черты, — но Тарин видел лишь круглые желтые глаза с вертикальным зрачком без ресниц и бровей, тонкие сухие губы, по которым временами пробегал раздвоенный язык, острые когти на пальцах рук и мощный змеиный хвост с узорами на чешуе.

Энлил! Это все она! Проклятая колдунья каким-то невероятным образом узнала о его мыслях и планах и решила упредить покушение на себя, а заодно и наказать неверного муженька.

Наверняка, чудовище является порождением ее магии.

— Кто ты? Что тебе от меня нужно? — бедняга, прислонившись к стене, чтобы не упасть, выкрикивал вопросы, срываясь на визг. Это было недостойно сильного мужчины, но ужас, затопивший все его существо, делал Тарина жалким и беспомощным, словно дитя.

— Я уже получил то, что мне нужно, — чудище говорило свистящим шепотом, и в голосе его чувствовалось удовлетворение. — Ты так сильно ненавидишь и боишься... Отличная добыча! Ненависть и страх — самые сладкие чувства на свете.

..

Тарин был в корне не согласен с высказанной точкой зрения, впрочем, ему было плевать, что нравится гнусной твари. Главное — чудовище сказало, что уже получило от него то, что нужно.

— Значит, теперь ты оставишь меня? — мужчина не смел поверить мелькнувшей надежде на спасение.

— Не оставлю, — если бы тварь не шипела, казалось бы, что она мурлычет. — То, что я забрал, принадлежит не мне, а моему господину. Я создан, чтобы служить ему. Но ведь я заслуживаю награды за верную службу, ты не согласен?

Тарин бы сейчас со всем согласился, лишь бы ужасное создание сгинуло.

Пока оно разговаривает и выглядит довольным, жертва получает минуты отсрочки. Возможно, удастся и вовсе заболтать тварь или вымолить пощаду.

— Ты служишь моей жене? — осторожно спросил Тарин.

В ответ змеехвостый расхохотался. Смех его, сухой и свистящий, мерзким шуршащим скрежетом терзал слух и нервы.

— Твоей жене?! — переспросил он. — Не знаю, кто эта женщина, но если ты мнишь, что в услужении у нее могут быть подобные мне, ты сильно переоцениваешь свою супругу.

Я служу лишь одному господину, чье величие безгранично, хоть и позабыто... ну и себе, конечно. То, что нужно ему, я уже забрал, себе же возьму то, что осталось.

— Пожалуйста, нет, — взмолился несчастный, теряя последнюю надежду. — Пощади! Забери не меня!

— А кого? — мучитель Тарина, казалось, заинтересовался открывающимися перспективами.