За холмом, что скрывает рассвет

За холмом, что скрывает рассвет

Алексей Немоляев

Человек живет во времена, где каждый борется сам за себя. Гром и Алиса, одинокие, каждый по-своему, пытаются обрести путь к свободе.

За холмом, что скрывает рассвет

Алексей Немоляев

апрель 2017 года,

г. Саратов

Дорогой жене, за терпение

© Алексей Немоляев, 2017

ISBN 978-5-4485-2119-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

В операционной стояла невыносимая жара, кондиционеры работали на износ, но не справлялись – хирург, весь в мыле, не мог отдышаться.

– Скальпель! – кричал хирург. – Обработайте раны! Черт возьми! Кто с тобой это сотворил?

На операционном столе лежала маленькая девушка с распоротой щекой, на месте запястий зияли две красно-бурые раны.

Медсестра со страхом смотрела на эти кровоточащие дыры.

– Нужна кровь, сейчас же! – крикнул хирург. – Ну что ты стоишь!

Маленькая девушка находилась в коме – по лицу ее разлилось смертельное спокойствие.

***

Время было похоже на изжеванную пластинку от граммофона.

Прошло около полугода, прежде чем девушка в первый раз открыла глаза. В палате стоял полумрак, но даже этого было достаточно, чтобы ослепить ее. Глаза полыхнули огнем. Она попыталась шевельнуться, но конечности не слушались, тело ослабло. Аппараты, поддерживающие в теле жизнь, залились тревожным смехом.

Губы ссохлись, когда она попыталась позвать на помощь – из горла вырвался лишь едва слышный хрип, растворившийся в шуме ночного города.

Ее обуял страх. Руки заныли от боли, и она ничего не могла сделать, чтобы унять эту боль.

В палату забежала сестра, вколола в капельницу лекарство, и боль медленно ушла. Девушка вновь погрузилась в темноту, в ничто, откуда на нее надвигались страшные воспоминания, приходили – и тут же прятались, как волны, неотступно бьющиеся о берег, разбивающие пену, растравляющие раны.

Что произошло? – вопрос где-то на границе сознания. – Где я? Что со мной происходит?

***

Она проснулась – открыв глаза, увидела сидящего возле ее кровати мужчину лет тридцати. Из-под белого халата, накинутого на плечи, виднелась клетчатая рубашка и загорелая шея. Руки были грубыми, с сухой морщинистой кожей.

– Наконец ты проснулась, – сказал он и замялся. – Я принес цветы, надеюсь, тебе такие нравятся.