Ведьма и закон. Рождение легенды

Собственные чувства поразили ведьму до глубины души, породив новое диво. Вслед за страхом пришло некое подобие прозрения. Во всяком случае, именно так Маруся ощутила перемену в себе. Она увидела темную голову и широкие плечи. Под загорелой кожей на спине и руках проступали напряженные мышцы. Ее вдруг увлекли очертания лопаток и изгиб позвоночника. Руся замерла, пытаясь вспомнить, слышала ли она хоть раз, чтобы женщину пленяли очертания мужского скелета.

В воздухе за спиной Лика проявилось лицо Шута. Он хитро сощурился, улыбнулся и вновь пропал.

– Пойдем, – шеф встал, не глядя взял ее за руку и потянул за собой вниз.

Руся молча последовала за ним. Она не задумалась, куда идет и зачем. Важно было только то, за кем она идет.

«Рыжик, как думаешь, я привлекательный?»

Руся нахмурилась, вспомнив странный вопрос. Разве не задавал он его другим женщинам? Разве не говорили они ему о его мягкой улыбке, которую он дарит только близким созданиям? Не рассказывали о вопиющей и несносной привычке брать ответственность за каждого встречного? Или про то, как много могут выразить его глаза? Или о его бесконечном терпении? Или не столько им был важен он сам, сколько его внешность и божественность?

– Почему зелье доставала я, а не она? – прошептала беззвучно Руся.

И это было новое открытие. Почему нимфа тогда не позаботилась о Лике?

– Ты чего там губами шевелишь? – выдернул Дингир спутницу из размышлений.

Руся вздрогнула и наконец сосредоточилась на окружающей реальности.

Они втроем шли по хорошо освещенному коридору.

Окон не было. Лестница, по которой они спустились, осталась позади, как и вся архитектурная вычурность. Голые беленые стены и потолок, простой деревянный пол.

– Мы в подвале, Рыжик, – мягко ответил на невысказанный вопрос Лик.

Чтобы понять, что с ней творится, ему даже оборачиваться не пришлось. Пальцы в его ладони вздрогнули и похолодели.

– Рыжик, – усмехнулся Дингир и тут же был удостоен тяжелого взгляда Эйдолона.

Гуниду примирительно продемонстрировал пустые ладони. Меньше всего ему хотелось ссориться с занятной парочкой.

И ведьма, и бог вызывали искреннюю симпатию. Или любопытство. Гуниду не всегда мог отличить одну свою эмоцию от другой. Гиена нарочито внимательно уставился на яркий след, оставленный юным маниту. Именно по нему шел Ликург.

След вывел троицу в просторный пустой зал.

– Чувствуешь? – Лик сбросил маску и засиял.

Гуниду точно так же осветил пространство вокруг себя.

– Шутишь? Еще бы. Как будто сквозь барьер прошли.