Ведьма и закон

Мужчина улыбнулся чудаковатому, забавному зрелищу перепуганной ведьмы — не каждый день нечто похожее увидишь. В отрицательных отличительных расовых чертах магов значилась неприятная склонность: нарциссизм. Редким созданиям этого вида удавалось избегать ощущения собственной невероятной значимости. Судя по всему, Маруся являлась одной из счастливиц, иначе уже давно строила бы спеца высшего класса.

— Оперативник на службе, глаза-то хоть открой, — снисходительный тон быстро привел ведьму в чувства.

Она распахнула веки и уставилась на Лика.

— Мы где? Где остальные?

Мужчина вздохнул, сделав несколько шагов вперед туда, где была найдена девушка. Вот уж и вправду, спец из Маруси сомнительный. Она, очевидно, не собиралась проявить и намека на профессионализм.

— Ты слышала распределение?

— «Вы с Горицей опросите родных. Клеомен и Зверобой займутся подругами, а мы жертвой». Это?

— Это, — задумчиво пробормотал Ликург, присел и провел рукой над землей, где лежала мертвая.

— Разве у тебя не плохая память?

— Плохая, просто твои слова я причислила к необходимой рабочей информации, которую должна запомнить.

Лицо Лика окрасило некое подобие улыбки. Снова ошибся на ее счет. Профессионализм она проявила, но в весьма своеобразной форме. С ней придется сложнее, чем в свое время с Иму. Мужчина опустился на колени, вслушиваясь в землю.

— Вот и умница. Поступай так дальше, но с одним условием: осмысливай то, что запомнила.

— А что ты делаешь? — тонкая тень женщины упала на начальника, неординарная и сильная духовная составляющая наследной ведьмы забила полностью следы ушедшей человеческой души.

— Отойди на место! — Руся не поняла, с чего вдруг шеф ополчился на нее. Но что-то она очевидно делала не так.

— Извините.

Лик промолчал, осматривая растения. Практически ничего не оставалось. Слишком долго доходит очередь до вскрытия, слишком равнодушны к своим умершим люди. Она не умирала ярко и болезненно, она тихо заснула, не тревожа души детей природы.

Гея и Эфир не запомнили уход маленькой живой девушки, но зато запомнили они присутствие сил, сильных ярких. Некто магический одарил деву нетленным вечным сном. Сколько бы ни пролежала она здесь, не тронули бы ее ни время, ни живые создания, это значит, что даже теперь, лежа в гробу, на девочке зажили следы произведенного вскрытия, а смертный час люди установили неверно.