Попаданку приглашали?

Грустно, но в том возрасте часто накатывала грусть, особенно на даче, когда шёл дождь, и казалось, что ты одна на целом свете, и тебя никто не понимает.

Майкл проглотил цыплёнка, оставив мне кусочек грудки со словами «я же не зверь». Мы оба смеялись и печалились, думая о том, что уже завтра мы можем опять не увидеться на целую вечность. Если бы мы знали, в чьей власти вообще были наши отношения. Не отношения, а какие-то случайные миражи посреди пустыни. Всё, что с нами происходило, было не просто неправдоподобно, а необъяснимо и немыслимо.

Сны во сне и наяву – очень подходящая формулировка.

— Только что произошла страшная авиакатастрофа, — начал Майкл.

— Могу я тебя прервать? – я должна была это ему сказать.

— Конечно. Я слушаю.

— Что значит «только что»? Где «только что»?

— В том векторе, из которого ты. Он основной.

— Ну, да, — мне стало не по себе, — значит, есть основной. Но тебя там давно нет, ты же это знаешь?

— Это не имеет никакого значения, — он погладил меня по волосам и посмотрел мне в глаза.

Грустно посмотрел, с каким-то сожалением и безысходностью.

А для меня это-то как раз и имело значение.

Мы опять выполняли чью-то просьбу поменять события. Возможно, по стечению каких-то странных обстоятельств, нас выбрали на эту роль здесь и сейчас. Кто? Сознание пыталось схватить хоть какое-то рациональное зерно, но нас, обычных людей, в такие вещи не посвящают и блокируют любую информацию, способную хоть что-то прояснить. Выпила воды и приготовилась слушать Майкла.

Было ощущение, что он знает больше, чем я. В Тунисе я так не думала.

— Игорь Сомов вылетел в 10:04 рейсом SU 1193 из Сочи и в взял курс на Москву. На борту «Аэробуса А320» находились 139 пассажиров и шесть членов экипажа. Самолёт начал снижаться с назначенной высоты 11 километров в 10:36. Связь с авиалайнером была потеряна на высоте около двух километров в 10:50. Данные транспондера самолёта показали, что автопилот был запрограммирован на снижение до 30 метров.

Игорь Сомов, второй пилот, заперся в кокпите с намерением направить самолёт в землю.

Расшифровка переговоров пилотов рейса говорила о том, что почти сразу после взлёта Игорь остался в кабине один. Капитан Вениамин Серов отлучился в туалет. Открыть дверь капитан уже не смог, она была заблокирована. Система автоматического предупреждения дала сигнал «Земля, подъём!» На борту паника. Самолёт упал в море.

Я слушала, не перебивая, пытаясь соотнести эти трагичные события с настоящим моментом.