Пройди свой путь

Отец погиб давно, когда мне было восемь зим. Мама умерла два года назад. Ни один целитель не смог ей помочь.

- Вы поэтому стали лечить людей?

- Да, - кивнула Элена. – Хотела научиться спасать жизни.

Некоторое время они молчали, занявшись, наконец, едой. Потом Элена подняла глаза.

- А ты? Что тебя привело в Невервинтер? Я немногое знаю о племенах Утгардта, - девушка улыбнулась. – Возможно, именно потому, что они редко бывают в городах.

- Я родом из Долины Ледяного ветра. В моем маленьком племени молодому воину сложно проявить себя или заслужить жену.

Элена задумчиво кивнула. Орки, как и гоблины – одна из самых ненавидимых рас в Фаеруне. Сложно представить, что ребенка со смешанной кровью будут сильно любить соплеменники. Наверняка, никто, кроме членов семьи. А может быть, и вовсе никто. Элене довелось знать женщину, которая убила новорожденного ребенка, которым забеременела после того, как ее изнасиловал дроу во время набега на поверхность.

- Ты пришел сюда за воинской славой? – задала вопрос Элена.

- План был такой, - кивнул варвар. – Я прибыл в Невервинтер, чтобы сделать себе имя. Я хотел, чтобы легенды о моих подвигах докатились до племени моей матери, - он тяжело вздохнул и покрутил в руках кружку. – Я был глуп. Жизнь в городе не то, что жизнь в тундре. Там я мог жить охотой и не чувствовал бы себя… голодранцем. Здесь пришлось зарабатывать деньги, чтобы оплатить кров и еду.

Какую еще работу могли ему предложить в городе, подумала Элена. Не тестомеса же. Даэлан прекрасный боец, но как он сам сказал «рожей не вышел». В телохранители его нанять решилась разве что она, которая попросту испугалась наглых посетителей таверны.

- Несколько капитанов предлагали мне место на корабле, - продолжал между тем полуорк. – двое из них – пираты. Но я отказался.

- Она…

- Умерла прошлой зимой, - голос Даэлана был спокоен, но в глубине глаз мелькнуло болезненное выражение.

- Прости, - Элена помолчала некоторое время, затем спросила. – А.. а отец?

- Не знаю, - пожал плечами полуорк. – Я никогда не видел его. Его убили воины племени, так сказала сестра матери. Когда я спрашивал, мама плакала, но что именно расстраивало ее, я не понял.