Вампиры и бытовуха, и Маша

— Это бывший член совета, Мари, — посмотрел он на меня очень внимательно и перевернул несчастного.

Я пожала плечами, думая о своем. Нифига себе подземелье. Может, здесь тайные захоронения жертв репрессий? Мы уже и труп нашли.

Испугаться у меня как-то не получилось, хотя мужчина ждал именно этого. Но то ли я уже совсем закаменела и привыкла к динамике этого мира, то ли воспринимала события как комедийный фильм с мрачной семейкой — все это меня не трогало.

— Что будем делать? — поинтересовалась у Эйдена, когда он отошел от несчастного и начал изучать обстановку.

— Теперь уже ничего, — не глядя на меня, пробормотал он, — надеюсь, у вашего фамильяра хватит ума позвать Кевина, а не кого-то из хозяев.

Я фыркнула. За Пирата стало обидно. Чем ему мой котик не угодил? Вот у де Руаля могут быть претензии, возможно, у его брата, а этого оборотня никто когтями не трогал.

Я решилась подойти поближе, раз страха не испытываю. Кто его знает? Вдруг у меня проснется дедуктивный дар и я стану великим сыщиком Дримгейта.

— Как думаете, что здесь произошло? — решилась спросить.

Дознаватель, как настоящий пес, опустился к ручью, что-то вынюхивал, вглядывался в землю.

— Умер он точно не здесь, Мари. Но тащили его долго и бросили в этом месте.

— Ого, — впечатлилась я, — а как вы это поняли?

— Видите дорожку от тела? — осветил он магией след, ведущий вдоль ручья куда-то в темноту. — Значит, там выход. Можем пойти.

— А он? — указала я на человека.

— Мы уже не поможем, но я наложу стазис. Когда выберемся, пришлю сотрудников, чтобы здесь все осмотрели и забрали Эдриана.

— Кого?

— Это Эдриан Оллстопп, бывший главный председатель верховного совета города.

Голова шла кругом. Мало мне магии погодной, так еще надо разбираться в местной иерархии градоначальников.

— Пойдемте, — подал он мне руку, — не переживайте, я смогу вас защитить, если мы столкнемся с опасностью.

Вот еще. Я и сама могу тебя защитить.

— Ведите, — ухмыльнулась и встала позади него.

Мы уходили все дальше от дыры в полу или в потолке. Но эту философию оставим для оптимистов и пессимистов.

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — вспомнил дознаватель тему разговора до падения в подземелье.