Клевер пятилистник

Все же не каждый карманник рискнет приблизиться к одноглазому гиганту, правящему двумя черными лошадьми, более похожими на тяжеловозов. У него и голос был под стать - вибрирующий, давящий мощью.

- Куда вам?

- Переулок Вельмож, 14, - ответила я, и передумала подъезжать к самым воротам. – Дом 10!

- Уверены? – спросил он сухо.

- Оттуда мы дойдем.

- Как скажете, - пожал широкими плечами возница и тихим свистом направил вперед лошадей.

Он ехал быстро по весьма запруженным улицам столицы, использовал голос. И его раскатистое «За-да-влююю, пе-ре-е-е-еду-у-у!» срабатывало даже лучше, чем сигнальный гудок на наемных кабах.

- Как вы его поймали? – спросила она сипло, когда карета сбавила ход в паре кварталов от нужного дома. – Не поймите неправильно, я не злюсь на ваше самоуправство. Но о-о-очень удивлена, как вы нашли такого лихача!

- В какой-то мере он вызвался сам, - после раздумий ответила я.

- «Вернуться»? – Раздраженно сдув прядку с лица, Тоя поправила изрядно измятую в мешке шляпку и уперла руки в бока. – Как это «вернуться»?

- Может и «прокатиться», - примирительно сказала я.

- Но в центр?! Откуда ему знать, что мы из центра?

- Я допускаю, что он тот самый возница, что возил меня вчера. – Казалось бы, все объяснимо. Но Тоя не была бы Тоей, если бы не вспомнила: - У того возницы не хватало левого глаза, а не правого!

- Но голос тот же, - ответила я и не дрогнула, когда от двери раздалось:

- Прибыли, дамочки.

- За что так много? – возмутилась южанка.

- За скорость.

- Мы разве просили спешить? – воинственно продолжила она и запнулась, заметив, как я сама с возницей рассчиталась. – Но это вдвое больше положенного! Ко всему прочему, мы не знаем зачем ему повязка…

- От сглаза, - ответил гигант и освободил дверной проем со словами: - Лесенку ставить?

- Да! – воскликнула Тоя.

- Нет, - отказалась я и вышла первой.

Путь к дому преодолела легко, и только на ступеньках парадной лестницы внутри кольнуло. Ранее я бы испугалась, остановилась отдохнуть, но теперь меня согревала мысль о пяти месяцах жизни. На верхней площадке качнуло, ну и пусть! Дверь поддалась не сразу – бывает! Зато мой демарш стоил двух ошарашенных лиц: дворецкого и мадам Дега.