Серебряный змей

Сейчас, по дороге в трапезную, вновь задумалась о том, кем был Даур.

Один из сильнейший магов современности, талантливый полководец, последний сайгар, он появился словно ниоткуда, захватил огромные территории, правил железной рукой. Никогда не говорил о родителях или родственниках. Ходили слухи, что он был из простолюдинов, но я не верила. Разве мог крестьянин или плотник стать императором? Они даже магией не обладали, не говоря уже о других знаниях.

Сколько я ни думала, единая картина не складывалась.

– Каша, едва теплая, и пирожки с яблоками, – пробормотала недовольная кухарка, когда я появилась в трапезной. Знала, что я не любила эти пирожки и предлагала нарочно. – Больше ничего нет.

– Я возьму кашу и чай.

Я осталась ждать, пока она принесет еду. Женщина бормотала что-то себе под нос, но открыто ничего не говорила. Лучше бы один раз высказалась вместо того, чтобы обсуждать меня с другими слугами.

Трапезная была пуста: завтрак давно закончился, до обеда оставалось достаточно времени. Я могла бы заняться любое место, но мое внимание привлек человек, сидевший в тени, за колонной.

– Кто это? – кивнула в сторону незнакомца.

– Упаси вас боги! – замахала руками кухарка. Ее беспокойство удивило меня, учитывая нашу взаимную неприязнь. – Это же демон!

Женщина покружилась на месте, постучала по дереву, схватилась за металлический поковник.

– Кто?

– Бруно, имперский дознаватель. Он, говорят, человека насквозь видит и мысли читает.

О Бруно я впервые услышала в связи с покушением на императора. Слухов о нем было едва не больше, чем о самом Дауре, но все сходились на том, что таких сильных менталистов больше нет. Некоторые даже назвали его внебрачным сыном короля Эдоардо, хотя о бесплодии последнего монарха знали все.

Я кивнула кухарке, взяла поднос. Нарочно прошла мимо мужчины, желая хоть раз видеть того, кого так боялись заговорщики.

Я споткнулась на ровном месте, с трудом удержав равновесие и еду на вытянутых руках. Он очень изменился, но я все равно узнала Эдмондо.

Я села за соседний стол спиной к кухарке, но так, чтобы хорошо видеть кузена. Тот быстро закончил есть, бросил салфетку рядом с тарелкой, поднялся.