Обречённые

— Моё имя — Номус, — мужчина медленно приблизился, и в свете пламени она смогла разглядеть черты его лица: выразительные губы, прямой нос и большие лиловые глаза.

Он прислонился ладонью к её лбу, удовлетворительно закивал головой и тихо произнёс:

— Жар почти спал.

— Как я здесь оказалась?

— Я возвращался с охоты и нашёл тебя у подножья, ты истекала кровью... Кто тебя так? Скитальцы? Или птица?

— Что? — при упоминании птицы Этна слегка растерялась. — Да, все понемногу.

— Впредь будь осторожна, местная птица чрезвычайно сильна, — сказал Номус и протянул ей грубую глиняную миску.

— Что это? — скривилась Этна, глядя на содержимое.

— Настойка на целебных травах. Пей. Их было не так-то просто найти.

Этна ненадолго задумалась, после чего несколькими глотками выпила неведомую жижу.

— Долго я была без сознания?

— Около трёх штормов.

Номус был не кем иным, как обречённым. Собственно, на этом уровне Бездны больше и встретить-то некого. Этна уже и забыла, когда в последний раз видела человека так близко.

Интересно, за что его заточили в этих проклятых землях?

Вскоре отвар начал действовать, и Этна уснула, кутаясь в тёплую накидку. Когда она снова открыла глаза, снаружи уже вовсю свирепствовала буря. Она слышала, как огромные скальные обломки сотрясали землю своими ударами, не выдерживая шквалов ветра и разрядов молний. Судя по звуку, они падали совсем близко. Этна огляделась, осмотрев своды пещеры. Хоть бы не обвалились.

Номуса нигде не было. Похоже, она совсем одна.

Стоит ли ей здесь оставаться? Раненую птицу вряд ли ждёт нечто хорошее в компании с обречённым. В какой-то момент она подорвалась, решив было поскорее сбежать, но внезапное головокружение заставило её рухнуть обратно на солому. В силах ли она пересечь пустыню в таком состоянии? Очевидно, если она покинет это место, не сможет пережить шторм.

В следующее мгновение она услышала грохочущий рёв. Номус вернулся. Он на миг приоткрыл защитный барьер пещеры и пустил внутрь случайный порыв ветра, что всклокочил длинные огненно-рыжие волосы Этны.

— Очнулась, — тихо заметил он, обращаясь скорее к самому себе.

Он бросил на пол большой свёрток, тяжело выдохнул и устало прислонился к стене. Этна с любопытством взглянула на ветхий балахон с перевязанными рукавами, что служил мешком для какой-то добычи. Очевидно, охота для обречённого выдалась не из простых. Мало того, что мелкие твари давно попрятались, спасаясь от истребления, так ещё и шторм нагрянул.