Магистр и странница

— И кстати, ты же не думаешь, что твой такой удобный муж совершенно случайно наткнулся на нож в том переулке? Можно быть великим мастером меча, а сдохнуть бесславно в подворотне.

Она посмотрела в его глаза и вздрогнула. Она давно уже ничего не просила у богов, но сейчас ей больше некого было молить о помощи. Пусть сама она была недостойна их милости, но она ничего и не просила для себя. Только пусть бы Шоа успела увести детей! Она просила богов спасти её детей. Тех, кого он ещё не успел убить. И девочку.

— Молчишь? Ты всё верно поняла, дорогая, лгать мне больше ни к чему.

Тебя не научить ни благодарности, ни верности, если очень постараться, этому можно научить даже агхра. Но, получается, не тебя. Поэтому ты умрёшь. Ты уже умерла. В родах. И ты, и твой новый ублюдок. Неужели ты в самом деле верила, что сможешь и дальше таскать мне чужих детёнышей, как блудливая кошка? Ты, может, уже и имя ему придумала? Зря. Дай угадаю, ты надеешься, что твоя служанка его спрячет? Нет, милая, стая их найдёт. А ты сейчас так слаба, и твоего любимого опять нет с тобой рядом. Он тебе не поможет. Никто тебе не поможет.

— Будь ты проклят... боги тебя покарают за всё, — он был прав. Что она могла сейчас? Только молить богов и надеяться, что услышат.

— О, кстати, давно хотел это сделать, – он встал, ухватил её за волосы, вздёрнул на ноги и ударил в живот.

Подол рубашки покрылся алыми пятнами, кровь потекла по босым ногам, она упала, задыхаясь от боли.

Пусть бьёт. А Шоа успеет спасти их, боги защитят её детей.

— Отойди от неё.

Он обернулся: на лестнице стояла девочка.

— Ну вот, а говоришь, не твоя. Дочь прислуги, а туда же, командовать собралась. Что такое, дорогая? Не слышу, что ты там лепечешь? А! Я понял, ты хочешь сказать «беги»? Ну что, малышка, поиграем? Беги, мамочку нельзя расстраивать, надо слушаться.

— Я сказала, отойди от неё, – повторила девочка. — Повинуйся. Ты должен говорить «да, леди» и исполнять.

— А то что, милая? Побежишь жаловаться? А кому? Страже? Да, хотя, неважно.

Ну, давай, беги, я жду.

— Исполняй. Или я отправлю тебя к теням.

— Куда-куда? — рассмеялся он. — Ну попробуй, — он поднял женщину за волосы и снова ударил, на этот раз она закричала. — К теням сейчас отправишься ты, детка, вместе со своей мамочкой.

Раскат грома слился с криком женщины и заглушил его слова. На улице потемнело, ледяной, вовсе не летний ветер ворвался в башню и распахнул дверь. Девочка шагнула вниз. Ступени были высоки, и идти ей было трудно.