Тайна перламутрового дракона

– Может, еще и в комнате запрешь? – с вызовом спросила она. – Или на цепь посадишь – чего мелочиться-то?

Нетелл предпочла не услышать последней фразы дочери.

– Если понадобится, запру! – отрезала она. – Но пока еще надеюсь, что у тебя осталась капля рассудка и ты уразумеешь, что я хочу тебе только добра!

– Псу под хвост такое добро! – рыкнула Джемма и, вероятно, выскочила бы из дома, если бы на пороге в этот момент не появился Вальгард. Вряд ли он слышал предыдущий разговор, однако выражения его лица Джемме оказалось достаточно, чтобы броситься в свою комнату и так хлопнуть дверью, что стены задрожали.

Нетелл снова без сил опустилась на лавку. Валь тут же присел перед ней на корточки.

– Нельзя ее выпускать, – прошептала Нетелл. – Хотя бы пока она не успокоится. Глупенькая, загубила свою жизнь из-за бесчестного мальчишки, а врагами нас считает. Как же ей объяснить?..

Валю пришлось приложить немало усилий, чтобы выспросить у нее, что произошло. Потом он перебрался к ней на лавку и крепко утешающе обнял.

Она еще никогда не ощущала себя такой беспомощной. Какие бы беды ни настигали ее в жизни, Нетелл всегда находила способ хоть на что-то повлиять. Сейчас влиять на что-то было уже поздно. Разве что попытаться хоть немного облегчить судьбу дочери. Джемма не заслуживала, чтобы из-за одного порыва в нее плевали и называли распутницей.

– Я найду этого поганца и заставлю пожалеть о том, что он на свет родился! – попытался было чисто по-мужски решить проблему Валь, но Нетелл покачала головой.

– Какой с того прок? – вздохнула она. – Даже если он вдруг жениться на Джемме захочет…

– Твоя дочь пошлет его к эндовой бабушке, – закончил Валь и невесело усмехнулся: – Знакомо.

Нетелл расстроенно потерлась виском о его щеку. Джемма любила Эдрика. В этом не приходилось сомневаться: с самого их знакомства для нее существовал только один мальчик. Эдрику она и отомстила, решив доказать, что на нем свет клином не сошелся.

Нет, Нетелл не хотела лишать дочь будущего. Ну правда, будь Джемма простой человеческой девчонкой, никто бы и не догадался о совершенной ей глупости. А там, быть может, нашелся бы парень, который полюбил бы ее настолько сильно и искренне, что простил бы эту провинность.