Тайна перламутрового дракона

Много ли она слышала? И что на самом деле думала про очередное Эдриково отречение? Неужели снова будет за него заступаться? Или, что еще хуже, закусит губу, вздернет горделиво носик, чтобы никто не увидел ее боли, поблагодарит за заботу, убивая почти свершившееся чудо…

– Не сильно, – повела плечами Ана, и Хедин не устоял. Шагнул вперед, взял ее за голову, заглянул в глаза, ища подтверждение ее словам. – Правда, – не справилась с улыбкой Ана, заметив на его лице озабоченность. – Новые утешения не понадобятся.

– Точно? – почему-то осипшим голосом спросил Хедин, и Ана невольно затрепетала.

Она же… правильно все понимает? И Хедин тоже… думает не о слезах в подвале?..

– Наверное, – уже совсем глупо отозвалась она, потому что его пальцы коснулись ее щек, поглаживая, притягивая, зарываясь под волосы. И Ана подчинилась охватившему ее желанию. Закрыла глаза, отдавая себя на волю любимому. И растворилась в горячих ненасытных поцелуях.

Ни о каком утешении нынче не было и речи. Хедин словно бросал ей вызов, но Ана принимала его с нескрываемым восторгом, учась, смелея, открываясь его губам и постепенно убеждая Хедина в собственной искренности.

Руки сами обвили его шею, и Ана с восторгом трогала ее, осторожно подбираясь к затылку, не думая ни о чем, только чувствуя и наслаждаясь каждой секундой нежданного счастья.

– Папа! Папа! – звонкий голос стремительным драконом ворвался в их мир, вынудив отпрянуть друг от друга, пересечься на мгновение ничего не смыслящими взглядами и завертеть головами в поисках нарушительницы спокойствия.

– А я сама?.. Я хочу сама!.. Ты мне не помогай!.. Кого тут надо лечить? Я всех вылечу! Я буду доктором, как вы с дедушкой! Я все знаю!..

– Риана, – одними губами шепнула Ана, как будто Хедин мог не узнать эту разбойницу, не дающую никому ни секунды покоя. Ана обожала ее за смелость и самостоятельность, но впервые в жизни была не рада ее появлению. А вот Хедин, напротив, словно только ее и ждал. Шагнул на свет из темноты коридора, где они с Аной прятались от любопытных глаз, и присел, протягивая к племяннице руки.

– Меня надо лечить, – отдал он себя на растерзание юному доктору. – Меня собака покусала, а перевязать некому. На тебя вся надежда.

Риана, взвизгнув от радости, бросилась ему на шею, и Ана с удивлением поняла, что они с Хедином хорошие друзья. А ей даже в голову не приходило, что он может ладить с детьми. Ничего про него не знала. А строила из себя…

– Доброе утро, сестренка! – раздался следом и голос Дарре.