Пробуждение Жрицы

Угощение оказалось приторно-сладким, но Рена была так голодна, что проглотила галету в два приёма, обильно запивая сомнительную еду терпким чаем. Дюлан же к угощению отнесся менее почтительно. Отвлекшись от созерцания огня в камине, он забрал с блюдца одно печенье и целиком положил его в рот, и, едва надкусив, тут же выплюнул.

— Что это? — с отвращением спросил Дюлан.

Аулус, расплывшись в приторно-сладкой улыбке, томно заметил:

— Эльфийское печенье, а что ещё ты ожидал в сердце Шат-мирами? Если тебе нужна крыса, можешь поползать в моём подвале, глядишь, и сыщется кто!

— Это тоже за отдельную плату? — уныло поинтересовался Дюлан, принюхиваясь к чаю.

— Ну что ты! — поспешил успокоить его демон. — За удачную охоту я могу даже сделать тебе скидку!

Рена с интересом смотрела на двоих собеседников, потихоньку подъедая печенье, которое уже казалось вполне съедобным. Ещё никогда прежде она не видела, чтобы с демонами кто-то осмеливался разговаривать вот так, почти на равных.

Дюлан же, словно и не замечал её восхищенных взглядов. Он отхлебнул чаю, прокатил его на языке, смывая вкус мерзкого печенья, после чего, проглотив, перешёл к делу.

— Так какова же цена?

Аулус хитро сощурил глаза, как бы примериваясь к возможностям Дюлана.

— Фацуки хотят полукровку, вставшего на защиту юного нага, — откинувшись на спинку дивана, сообщил он.

— Данье? — удивился Дюлан и тут же усмехнулся: — Я не русалка, чтобы искать его на морском дне!

— Он жив, — пожурил Аулус, но, заметив, как сошлись брови на переносице собеседника, пояснил: — Пока жив.

Охранные суда захватили тройку самых крупных кораблей, твой оказался в их числе. Мальчишка не успел отсоединить челнок, что его и спасло от бури, но не от судьбы. Император собирается лично разобраться с мятежниками и умертвить их с особой жестокостью.

— Император уже здесь? — Дюлан поставил на столик чашку, похоже, теряя всякий интерес к чаю.

— О! — воодушевленно начал Аулус. — Его величественное сошествие с небес на грешную землю снесло твою игрушечную флотилию и разнесло половину Шат-ми.

Замечу, что подобная импульсивность едва не стоила мне моего любимого розария!

— Император эльфов создал эту бурю?! — вылетело у Рены к её собственному смущению. Эта новость настолько её поразила, что она не смогла сдержаться.

Дюлан наградил Рену неодобрительным взглядом, тогда как Аулус не придал внезапному вмешательству особого значения.