Пробуждение Жрицы

Его лицо было гораздо проще и обыденней, чем утонченные, возведенные в абсолют красоты, черты Аулуса.

— Кажется, здесь понадобятся твои услуги, — продолжил посол Фацуки.

Фарис коротко кивнул и, забрав из рук Дюлана спящего Рэла, удалился в ближайший коридор.

— На Шат-мирами уже ночь, и вы, как я полагаю, сегодня собираетесь злоупотребить моим гостеприимством, — произнёс Аулус, и в его голосе чётко слышались высокомерные нотки.

— Это было бы весьма любезно с твоей стороны, — сказал Дюлан, на что демон рассмеялся и добавил:

— Вот только не бесплатно, ты же понимаешь?

— Разумеется, — сквозь зубы ответил Дюлан, и Рена поймала его недовольный взгляд, начиная смутно догадываться об истинной причине его плохого расположения духа.

— Тогда прошу в гостиную, — пригласил Аулус, жестом указывая направление.

Гостиная располагалась по правую сторону. Это была очень уютная, красивая комната, с камином, мягкой мебелью и гобеленами на стенах. Аулус усадил Рену на вычурное с резными подлокотниками кресло, обитое бежевым бархатом.

В соседнем, без лишних церемоний, устроился Дюлан. Хозяин дома, позвонив в колокольчик, расположился на широком диване.

— Вы, конечно же, голодны, — констатировал всё в той же насмешливой манере Аулус.

У Рены от этих слов заурчало в животе. Она действительно очень хотела есть, но до этого момента старалась не думать о пище. Будь Рэл здоров, они бы все вместе спокойно поохотились в местном лесу, да и, скорее всего, переночевали там же.

Сейчас Рену весьма озадачил выбор Дюлана, почему он предпочёл демонову обитель обычной гостинице?! Но ответ на её вопрос уже входил в комнату. В дверях вновь появился Фарис с подносом в руках. Он поставил чайник, чашки и блюдце с печеньем на ажурный кофейный столик, и, вытянувшись в струну, застыл в ожидании дальнейших указаний.

— Как там наш болезный наг? — подтягивая к себе чашку с ароматным чаем, лениво поинтересовался Аулус.

— К утру будет как новенький, — отрапортовал Фарис.

— Очень хорошо, можешь быть свободен, — отпустил слугу демон, после чего обратился к Рене: — Угощайтесь!

Он пододвинул к ней чашку и блюдце с печеньем. Рена бросила вопросительный взгляд на Дюлана, но того волновало больше бушующее пламя в камине. Боясь показаться не учтивой, Рена подняла чашку и прошептала, пряча глаза:

— Благодарю.

Она аккуратно взяла маленькое печенье, и, ещё раз покосившись на Дюлана и не дождавшись его внимания, откусила.