Пробуждение Жрицы

Хотя по рассказам, они должны были больше походить на драконов, так как шаттлы Империи Шак-ли строили на спинах древних ящеров, дальних родичей драконов, оказавшихся не такими мудрыми и сильными, раз эльфам удалось их подчинить. Теперь, именно к одной из таких посудин-ящеров птицы несли Рену. На кораблях царило явное оживление, открывались паруса, отдавались команды, всё больше судов поднималось в небо. Они выстраивались клиньями, подобно журавлям, но выглядело это скорее устрашающе.

На одном из мостков самого крупного эльфийского корабля, к которому они приближались, Рена заметила Дюлана.

Видимо, его птица была шустрее и проворней, та же, что досталась Рене отнеслась к вынужденному грузу с явным пренебрежением. Зависнув над мостком, она равнодушно скинула свою ношу, словно та была какой-то тряпицей или хворостом. Рена больно ударилась об твердый пол, приземлившись аккурат под ноги Дюлана. Наг, в свою очередь, тоже не стал с ней церемониться, подобрав и засунув в карман плаща.

— Сиди тихо, — глухо приказал он и накрыл карман верхним лацканом.

— Всё готово, Д’сэд Дюлан, — отрапортовал кто-то появившийся на мостике с эльфийским акцентом.

— Взлетаем! — скомандовал Дюлан и направился в рубку.

Глава 8. День 8. Капкан. Марселу

Марселу:

Старая перечница произвела на Марселу неизгладимое впечатление. Столь нелепой женщины ему не приходилось встречать даже в сумасбродных птичьих кланах! Она вся пестрела красками: смуглая кожа, жёлтые зубы, массивные перстни и кулон в виде фиолетового зуба, ядовито-зелёный корсаж с тёмно-синей блузкой и алой, словно кровь, длинной размашистой юбкой.

Последним штрихом была оранжевая повязка на седых волосах с ярко-малиновым цветком.

— И откуда такие красавцы пожаловали? — Хозяйка дома прошлась по ним оценивающим взглядом, остановившись на Этьене.

Эльф, всё ещё прятавшийся под личиной, очаровательно улыбнулся в ответ.

— Говорят, — источая любезность начал он, — только в вашем прекрасном доме могут найти приют несколько молодых людей…

— Если только в моей постели, — ехидно заявила старуха, отчего Марселу нервно сглотнул.

Вид морщинистой хозяйки дома всё больше вызывал у него чувство брезгливости. Ему даже не хотелось предлагать ей Слезу Моря, настолько отвратительно ощущал он себя под её сальным, неприятным взглядом.

— Боюсь, нас троих ни одна кровать Меркалинка не выдержит, — подмигнул старухе Этьен.

— У меня ещё есть койка на чердаке, — заявила та, хитро поглядывая на эльфа.