Я тебя прощаю. Чужая любовь

— Лера-то красивая, а вот ты?.. — уточняет папа. Не проходит и дня, чтобы он не пошутил над кем-нибудь из нас. — Так новую родню раньше времени распугаешь. Пусть хотя бы подарки подарят. Все, Оль, хватит мою дочу слезами умывать. — Берет маму за плечи. — Наконец-то я от тебя избавился, Валерия. Двадцать четыре года ждал, когда этот день наступит. Спасибо, сынок, спасибо. — С жаром трясет Эрила за руку. Папа достает из брюк бумажник и осмотревшись, шепчет: — Сколько я тебе должен?

— Вася! — вскрикивает мама. — Стыд-то какой.

— Я понимаю, — Эрил успокаивает мою маму. — Не переживайте, теть Оль.

— Ты что меня позоришь? — Виновато улыбаясь, мама утягивает отца в сторону. — Я же просила хотя бы сегодня обойтись без твоих выкрутасов. Просила?

— Просила, — весело отвечает папа.

— Больше не шути, Васенька. — Мама складывает ладони в умоляющем жесте.

Какие же они забавные и такие счастливые. Столько лет вместе, а продолжают любить друг друга. Если и у людей есть истинные пары, то папа маме точно предназначен богами.

— Лер, у нас еще гости. — Эрил кладет руку на талию.

— Прости.

Приглашенных не так много — только самые близкие родственники и друзья любимого. Его родителей давно нет в живых, и об их смерти он не любит вспоминать. Я лишь знаю, что Эрилу и Адаму, его брату-близнецу, исполнилось по семь лет, когда они осиротели.

— Брат! — Любимый выпускает меня из объятий и радостно тянет ладонь для рукопожатия. — Мы принимаем поздравления.

— Поздравляю, — сухо произносит Адам. — Я не знаю, что еще говорят в таких случаях, — добавляет совершенно отрешенно.

— Обычно желают счастья, — произношу я несмело. — Детишек. — Смотрю на мужчину и понимаю, что не стоило мне встревать в разговор.

Улыбка сходит с лица Адама. Уголки губ презрительно изгибаются, словно я произнесла что-то оскорбительное.

— Простите, — я выдавливаю из себя, не выдерживая тяжелого взгляда оборотня.

Я же обещала себе помалкивать в присутствии Адама, не вступать с ним в разговор, если нет крайней необходимости.

— Поздравляю, Валерия, — произносят мужские губы и складываются в тонкую линию.

— Спасибо. — Я же улыбаюсь. Хочу сгладить неловкость и протягиваю руки, пытаясь приобнять Адама. — Я всегда мечтала о старшем брате, — говорю совершенно искренне.

Мужчина отшатывается.